Книга 280+1. Из клетки на свободу, страница 63 – Аня Свободная

Потом он тихо, срывающимся голосом сказал:

— Я хотел... чтобы ты меня боялась. Хотел подчинить тебя. Я думал, что если сломаю тебя достаточно сильно... ты перестанешь сопротивляться. Перестанешь быть отдельным человеком. Станешь моей полностью. Душой. Я называл это любовью... хотя теперь понимаю, что это было чистое безумие.

Он опустил голову, голос совсем сорвался:

— Я наслаждался не самой болью... а тем, что ты становишься всё более зависимой от меня. Что ты начинаешь благодарить меня даже после тока... потому что я мог сделать ещё больнее, но не сделал. Это было... отвратительно. Я до сих пор не могу себе этого простить.

Он заплакал уже по-настоящему — тихо, но очень тяжело, плечи тряслись.

— Прости меня, свет мой... Я не заслуживаю того, что ты сейчас здесь, рядом со мной.

Я тоже плакала. Но обняла его крепко и прошептала:

— Я спросила не для того, чтобы тебя мучить. Я хотела понять. Теперь я понимаю... немного. Спасибо, что сказал правду.

Он долго держал меня в объятиях, плакал тихо и повторял сквозь слёзы:

— Я никогда больше не сделаю тебе больно. Никогда...

Это произошло в августе 2033 года, в одну из прохладных зимних ночей Парагвая. Мы уже восемь месяцев жили вместе в старом доме, и моя любовь к Алехандро стала полной — душой и телом, почти без остатков страха, вспышки стали редкими. Мы сидели на террасе, кофе остывал, манго лежали спелые и сладкие, коты мурлыкали вокруг, Пирамидон устроился у моих ног. Я взяла его руку, положила себе на живот и сказала тихо, но твёрдо:

— Хочу ребёнка. От тебя. От человека, которым ты стал теперь. Это будет наш свет после всего ада.

Он замер, потом опустился на колени в траву, взял мои руки в свои и сказал тихо, голос дрогнул:

— Спасибо... Я не заслуживаю этого... Но если ты уверена...

Я обняла его, поцеловала и подтвердила:

— Уверена. Мой выбор. Моя любовь.

Та ночь стала нежной и медленной, полной тепла, с открытым окном, запахом манго и мурлыканьем котов у двери.

Я узнала о беременности в сентябре — тест показал две полоски. Утром на террасе за кофе рассказала ему: он обнял мой ещё плоский живот, улыбнулся и шепнул «спасибо».

Беременность прошла относительно легко — немного тошноты и усталости в начале, но в основном радость, огромная и светлая. Он стал невероятно заботливым: резал манго каждое утро, варил кофе, делал массаж ног по вечерам, обнимал осторожно, всегда ждал моего сигнала.

Все было бы хорошо, если бы не одно обстоятельство: Лиза не отвечала на мои сообщения и звонки — с тех пор, когда я сообщила ей, что еду к нему.

Это был ноябрь 2032 года — холодный вечер в Берлине, дождь стучал по окну моей маленькой квартиры. Я позвонила Лизе в Тель-Авив, сердце колотилось, слёзы уже текли по щекам. Решение моё созрело — ехать в Асунсьон. К нему.

— Лиза... я еду. В Асунсьон. К нему. Билет купила. На декабрь.

Лиза замерла — слышала, как дыхание её прервалось. Потом голос хриплый, полный ярости и боли, сорвался в крик:

— Что?! Аня... ты с ума сошла?! К монстру?! После подвала, клетки, разрядов тока, насилия, унижения?! Он тебя сломал! Я держала тебя ночами в Берлине, когда ты кричала, когда три раза умирала внутри! Не езди! Клетка новая будет! Невидимая! Предательство это! Твоё! Я не отпущу! Уедем вместе куда угодно! Только не к нему! Монстр он! Вечно!