Книга Порно для маленьких, страница 107 – Александр Слепаков

— Извините, — сразу, не дожидаясь ее вопроса, сказал Лев Иосифович, — я ищу мальчика, который только что был на дворе. Мальчик лет семи с фотоаппаратом.

— Нэчбго нэ чутэ, — ответила баба, — нэ ма ныкого.

Появилась другая женщина помоложе. Лет около шестидесяти. Довольно крупная.

— Нету тут никакого мальчика, — сказала она довольно враждебным тоном. Как будто наличие мальчика уличало бы ее в чем-то плохом.

— Может, он живет в другой квартире? Я его только что видел во дворе. Пожалуйста, — попросил Лев Иосифович, — помогите мне его найти.

— Я вам русским языком говорю, — слегка надвинулась женщина, как будто собираясь помешать Льву Иосифовичу ворваться в квартиру, — нет тут никакого мальчика. Вообще в доме нет.

— Но я его только что видел во дворе, — сказал еще Лев Иосифович.

— И что, понравился? — ехидно спросила женщина, — Мальчика ему…. Иди отсюда, педофил!

И дверь с грохотом захлопнулась перед носом Льва Иосифовича.

Свидание с Борисом Тамаре Иевлевой разрешили, это было заслуга адвоката. Он решал вопрос с начальником СИЗО Егоровым. Адвокат думал, что тут имела значение некоторая сумма денег, переданная через доверенное лицо.

Начальник СИЗО думал, что, скорее всего, по-любому надо будет делать этого ссыкуна окончательно, как только начальство доведет свое решение, потому что нельзя же в конце концов допускать такое бесконтрольное явление на важном участке. Ну и хер с ним, пусть в последний раз на мать посмотрит. Не звери же все-таки.

Тамара Иевлева была уверена, что закон просто в этой ситуации на ее стороне. А Борису нравилось думать, что это летучие мыши как-то помогли, сделали ему такой подарок. Хотя он понимал, конечно, что на самом деле это не так.

Она ждала в комнате, предназначенной для свиданий с заключенными. Дверь открылась, зашел Борис и за ним солдат-конвойный. Борис сиял. Он не мог обнять маму, поцеловать, он знал, что это не разрешено. Вдруг она тайком сунет ему наркотики, нож или веревочную лестницу. Не положено. Но нельзя запретить радоваться свиданию с мамой, да правила этого и не запрещают.

Какая же она красивая, необыкновенная. Ее лицо тоже светится радостью, ноль паники, растерянности, как будто они встречаются не в тюрьме, а, например, в маленьком скверике рядом с университетской библиотекой, где они недавно сидели на лавочке и разговаривали про летучих мышей.

— Мама, ты отлично выглядишь, — начал Борис, — у меня тоже все отлично.

— Ты скоро выйдешь, — говорит она, — папа разговаривал с прокурором. Этот абсурд не может продолжаться долго.

— Конечно. Конечно, я выйду. За меня вообще не беспокойся. Я в отдельной камере, кормят нормально, передачи твои получаю, только дождаться, чтобы следователь разобрался. Михаил Георгиевич все правильно написал, вообще он отличный адвокат. Если просто учесть все обстоятельства, то нет никакой причины для уголовного преследования. Вообще, мама, я хочу извиниться перед всеми вами. Из-за меня у всех такая проблема.

— Сын мой, — ответила она, улыбаясь, — ты намного меньше виноват, чем тебе представляется. Я познакомилась поближе с твоей девушкой, она мне очень понравилась. Молодые люди встречаются, между ними возникают отношения, это нормально. Но ваши отношения оказались намного более серьезными, чем тебе казалось с самого начала.