Онлайн книга «Янтч»
|
Такое же, что Анна надевала, когда они гуляли по парку. Майкл впился пальцами в стойку бара. «Полиция публикует фотороботы подозреваемых. По словам свидетелей, нападавшие скрылись на черном внедорожнике с тонированными стеклами…» Экран снова переключился. Крупным планом кадры с камер наблюдения: женщина в желтом платье бросается на мальчика, прикрывая его собой. Пули впиваются в ее спину. «Героический поступок стои́л ей жизни. Предварительно установлено, что погибшая – Анна Купер, 31 год, бывший архитектор». Звук выключился. Мир сузился до одной точки – до имени на экране.
Треск. Бутылка разбилась об пол. Хлопок. Кто-то вырубил звук. Из глубины бара, сквозь табачный дым, прорвался хриплый голос: — Да выключите уже эту херню! Майкл не шевельнулся. Рука сама сжала рюмку – стекло треснуло, по ладони потекла кровь. — Кому интересно смотреть, как какую-то шлюху убили? – продолжил тот же голос. Тишина. Майкл медленно поднял голову. Байкер. Двухметровый, с кольцом в носу, смеялся, развалившись за столиком. Его жирные пальцы мяли грудь рыжей девчонки. Щелчок. В голове Майкла что-то переключилось. Он встал. Вытер рот рукавом – слюна смешалась с кровью, прокушенной губы. Шаг. Байкер даже не успел поднять бровь. Удар. Кулак Майкла врезался ему в висок с хрустом арбуза, брошенного с девятого этажа. Байкер рухнул на стол, опрокинув бочку с пивом. Удар ногой в колено до хруста. — ТВОЮ МАТЬ… – кто-то завопил. Два охранника – в черных футболках, с битами – рванули к нему. Первый получил локтем в горло. Второй – коленом в пах. Оба рухнули, как мешки. Майкл наклонился, подобрал бильярдный шар – холодный, тяжелый, с цифрой «8». Байкер полз к выходу, волоча сломанную ногу. — Нет-нет-нет… – захрипел он. Майкл метнул шар. Плюх. Прямо в глаз. Глаз лопнул, как перезрелый виноград. Желтая жидкость брызнула на стены. — ААААА! Трое байкеров рванули к нему. Первый – удар в солнечное. Хруст ребер. Второй – апперкот. Щелчок челюсти. Третий оглушил Майкла бутылкой по затылку. — Вызовите 911! – завизжала барменша. Темнота. Удары. Бита – по спине. Сапог – по почкам. Майкл не чувствовал боли. Только тепло – кровь, стекающая по шее. Хруст. Нога. Он упал на колени. Хруст. Рука. — Кончай его! – орал кто-то. Майкл свернулся, прикрыл голову. Удары. Тьма. Тишина. А потом – сирены. И последняя мысль, прежде чем сознание погасло: «Я найду их… И сделаю так, чтобы они чувствовали каждую пулю…» Сирены. Мигающие красные огни скорой растворялись в ночном дожде. Майкла выгрузили на каталку – окровавленного, с перекошенным лицом, с руками, неестественно вывернутыми под телом. — Дыхание поверхностное, пульс 140, множественные переломы, внутреннее кровотечение! – кричал парамедик, бежавший рядом. Каталку резко развернули, врезав в дверной косяк. Майкла тряхнуло, изо рта брызнула пена с кровью. — Осторожно, черт возьми! Холодный свет операционной. — Давление падает! — Готовьте аппарат ИВЛ! Хирург в зеленом халате наклонился, посветил фонариком в зрачки. — Реакции нет. Отек мозга. — Кровь теряем быстрее, чем успеваем переливать! — Что с печенью? — Разорвана. Селезенка тоже. Тишина. Хирург выпрямился, снял окровавленные перчатки. — Искусственная кома. Сейчас. Он не доживет до утра. |