Книга 220 метров, страница 92 – Евгения Овчинникова

Лена напряженно думала. Николай, казалось, не врет, но за много лет он мог сам себе проговорить эту историю тысячу раз и сам же в нее поверить.

— Что она вам сказала? Где вы виделись в последний раз? – спросила она.

— Я пришел к ней на работу, – ответил Николай.

— Странно. Мне никто не говорил, что кто-то приходил к ней на работу, хотя мы много раз говорили с ее коллегами.

— Нас никто не видел. Она завела меня в какую-то каморку. Я сказал, что поеду в Германию и вернусь через полгода-год.

— А она?

— Люба ответила, чтобы не приезжал. Вот и все.

— И вы ушли?

— Что мне оставалось? Я, правда, тогда думал, что она размякнет, если я вернусь, согласится…

— Что вы ей предлагали-то? – насмешливо спросила Лена.

— Ну… – протянул Николай Алексеевич.

В его протяжном нуканье слышалось море неопределенности. Можно себе представить, как в конце месячных каникул эта его нерешительность бесила маму. Тут впору прибить его самого, а не наоборот. В целом все было понятно и с Николаем, и с его сынком – заграничным принцем и разочарованием в одном лице.

— Сказала, чтобы не приезжал, велела уходить, потому что с посторонними в театре строго. И я ушел.

— Когда вы улетели? – спросила Лена.

— На следующий день. Прямой перелет.

— Число помните? – допытывалась она.

— Число? – удивленно переспросил он. – Зачем тебе?

— Просто интересно, – ответила она.

— Подожди, дай вспомнить, – попросил он и замолчал.

«Взял паузу, чтобы соврать о дате или правда вспоминает?» – спросила себя Лена.

— Двадцать пятого августа, – наконец ответил Николай Алексеевич.

— Прям так запомнили? – съязвила Лена.

— Да, запомнил, – спокойно сказал он. – Это были единственные билеты на ближайшие дни, кто-то сдал, и мы сразу перекупили. День рождения Кати, моей жены.

Связь прервалась на последнем слове. Лена раздраженно отняла от уха трубку. Пришло смс, что закончились деньги, и Лена испытала давно забытое ощущение, как это бывает. С новыми тарифами и мессенджерами этого не случалось лет десять. Как только пришло сообщение, что деньги зачислены на счет, перезвонила. Николай взял трубку после первого гудка.

— Какой компанией летели? – без предисловий продолжала допрос Лена.

— «Аэрофлотом», – удивленно ответил Николай Алексеевич. – Зачем тебе это?

— На следующий день мама ушла на работу и больше не вернулась, – сказала Лена.

В разговоре снова наступила пауза.

— Как так? – тупо спросил Николай.

— Вот так.

— В милицию обращались?

— Конечно обращались. Ничего не нашли.

— Ох, Люба. – Лене показалось, что Николай Алексеевич всхлипнул. Она не сочувствовала ему, испытывала лишь тупое злорадство.

— Что она вам говорила? Как себя вела? Она говорила, что хочет… уйти? – решилась задать Лена мучающий ее вопрос.

Николай снова задумался и тяжело задышал.

— Ничего такого. Как всегда – веселая, насмешливая.

Лена телепортировалась на двадцать пять лет назад и смотрела, как мама дрожащими руками подливает себе портвейна в захватанную рюмку.

— Вы даже не заметили, что она спивалась?

Снова молчание и сопение.

— Разве? Но она же… улыбалась. Говорила, что ты поступила в институт.

— Так и было.

— И работа у нее тоже была.

— Не самый вы наблюдательный мужчина, короче. Как и ваш сынок, – перебила его Лена.

— Так Костя к тебе приехал? – изумился Николай Алексеевич.