Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 4 – Кристофер Триана

Когда Лори вошла в комнату, Эдмунд уже сидел за столом. Закатанные рукава рубашки обнажали волосатые предплечья и выцветшие любительские татуировки: черепа, розы, кинжалы, военный корабль. Вот этими большими руками он делал столько всего, недоступного большинству обывателей… Осознав это, Лори вздрогнула от странной смеси страха и благоговейного восторга.

Он окинул Лори взглядом, и по ее телу снова пробежали мурашки. Хоть Эдмунда Кокса и нельзя было назвать красавцем, в нем была какая-то сила, источающая мужественность, какая-то харизма, исходящая из-под покрытых оспинами щек и серых, как могильная земля, глаз. Он улыбнулся Лори, демонстрируя желтые зубы. Вместо прически на голове было перекати-поле, а за два дня еще и отросла щетина. Сейчас, как никогда, было видно, что Эдмунд приехал из какого-то захолустья.

— Привет, дорогая, – сказал он.

Лори, изо всех сил стараясь не краснеть, подошла к столу.

— Привет, Эдмунд.

— Принесла мне чего-нибудь пожевать? – спросил он. Она поставила на стол и открыла для него банку Yoo-hoo. – Заботливая, как всегда, не так ли?

— Мне нравится о тебе заботиться.

Она знала, как самоуверенно это прозвучало, но не смогла удержаться, чтобы не пофлиртовать. Лори не хотелось переводить эти отношения в сексуальную плоскость, но иллюзий она не испытывала. Он – мужчина, сидящий в тюрьме, она – женщина с воли. Если бы ей представилась возможность с помощью женских чар проникнуть в самые темные уголки разума убийцы и выведать его самые мрачные секреты, она бы не стала ее отвергать. В письмах это определенно сработало и во многом поспособствовало тому, что теперь Лори сидела здесь, перед ним.

Эдмунд хохотнул, его здоровенная туша затряслась.

— У тебя очень мило получается, правда.

Он сделал глоток Yoo-hoo. Когда он запрокинул голову, Лори увидела в основании шеи дырку от пули. Именно туда Эдмунда ранил задержавший его офицер, положивший конец серии убийств. И это только дополнительно разжигало интерес. Кокс притягивал ее чем-то совершенно новым, с чем она раньше не сталкивалась, Лори влекло и влекло к нему, хотя иногда она пыталась сопротивляться. И это была не харизма, не индивидуальность, это была энергия – чистая, глубинная, неумолимая. Непреодолимая сила природы.

— Ты читала мое последнее письмо? – спросил он.

— Конечно. – Лори выпрямилась. Это письмо было весомее и внушительнее, чем предыдущие. Оно давало ей уникальный шанс, инструкцию, как заинтересовать Эдмунда по-новому. – Перечитала не меньше трех раз.

Эдмунд ждал продолжения.

— И?

Лори, напрягшись, сжала руками колени. Она чувствовала себя как на собеседовании (впрочем, в некотором смысле так и было). Она никогда не считала себя писательницей, но то, что Эдмунд рассказал о своем прошлом, прекрасно легло бы в основу книги. Возможно, в конечном итоге Лори стала бы героиней документалки, одной из тех, к которым пристрастилась. Частью истории о настоящих преступлениях.

— Я бы все для тебя сделала, ты знаешь, – промолвила она.

В глазах здоровяка мелькнул какой-то прежде не виданный огонек.

— И ты сделаешь, – сказал он. – Ты сама этого хочешь, Лори. Именно это делает тебя по-настоящему особенной. С того момента, как ты впервые мне написала, я понял, что ты не такая, как другие поклонницы.