Книга Точка зрения Всеведущего Читателя. Том 1, страница 12 – SingNsong

Ким Намун с усмешкой сказал:

— Ты еще не понял? Армия не придет нас спасать. Мы должны выбрать, кто умрет.

От этих жестоких слов несколько человек съежились.

— Чего вы тормозите? Этот чувак сказал, что мы все жили на халяву. А кто тут жил на халяву дольше всех?

Пассажиры одновременно устремили взгляды на места для пожилых. Лица стариков стали серыми от ужаса. Похоже, Ким Намун выразил то, о чем втайне думали и остальные.

— В такой ситуации, разумеется, в первую очередь лучше пожертвовать теми, кто и так уже пожил. Или вы предлагаете убить вон того ребенка?

Мальчик, державший маму за подол, спрятался позади нее. Глядя на это, Намун усмехнулся и снова повернулся к начальнику Хану.

— Я знаю, о чем ты думаешь, дядя. «Только сукины дети убивают своих, чтобы выжить». Но разве в такой ситуации эта фраза прокатит?

— …

— Подумайте все хорошенько. Мир, который вы знали, только что рухнул.

Плечи Хан Мёно задрожали. И не у него одного. В глазах людей словно что-то сломалось. Картина мира с непреложной моралью дала трещину. И вбил клин в трещину именно Ким Намун.

— В новом мире нужны новые правила.

Ким Намун. Психованный подросток, который быстрее всех приспособился к ситуации в «Трех способах выжить». Он вновь повернулся к старикам.

— Так кто из вас готов? Если никто так и не вызовется, через пять минут сдохнем все.

Старики от слов парня задрожали еще сильнее.

— Что ж, раз добровольцев нет, придется выбрать мне. Так…

Ким Намун водил указательным пальцем по старикам, как в жуткой пародии на считалочку. На этот раз никто не пытался ему мешать. Ни Хан Мёно, ни кто-либо другой… Ни даже Ли Хёнсон. Крепко сжатые кулаки военного дрожали в воздухе, словно позабыли, что собирались сделать. Возможно, и он только что сделал свой выбор. Выражения на побагровевших лицах людей читались так же легко, как текст дешевых бульварных романов.

«Если в ближайшие пять минут не произойдет первое убийство, все в этом вагоне умрут».

Глаза людей изменились.

«Если никого не убить, через пять минут умру я…»

В глазах людей появилось самое дикое выражение, какое только может быть у живого существа.

Наконец палец Ким Намуна остановился.

— Кажется, я выбрал жертву.

Парень схватил дрожащую старушку за горло и поставил на ноги. Та слабо сопротивлялась.

Ким Намун обернулся к остальным:

— Вы чего все? Так и будете ждать, пока вас не грохнут?

Некоторые избегали встречаться глазами со старшеклассником, но другие отвечали на его взгляд. Самым первым откликнулся офисный работник с рюкзаком за спиной:

— Этот парень прав. Иначе мы все умрем.

Мужчина подошел к старикам. И тогда стоявшие рядом завороженно забормотали:

— Да. Кого-то же надо… ничего не поделать. Тогда мы выживем.

— А-а, ладно… Плевать!

Поглядывая на остальных, к скамейкам для пожилых двинулись второй, третий пассажир. Даже трусливо переминавшиеся с ноги на ногу мужчины и снимавшие происходящее на телефон студенты. Даже бросившая ребенка мать и запоздало присоединившийся к толпе начальник Хан. Все они знали, что, если сейчас не убить стариков, умрут они сами. Все они приготовились к завуалированному линчеванию.

— Если честно, вы свое пожили, надо и другим дать!

— Просто умрите! Сдохните поскорее и все!

Я вспомнил, как когда-то прочел в новелле следующие строки: