Книга Крик ночной птицы, страница 50 – Дарья Литвинова

— Чтоб ты сдох, – пробормотала она и пошла искать пульт.

Интернатовским деткам удалось выскользнуть незаметно, не зря они столько репетировали. Поначалу все было прекрасно: они вышли на главную улицу, украшенную гирляндами и цветными фонариками, прошли мимо елочного базара, завернули в ряды с гирляндами и мишурой; как планировали, сходили в кинотеатр, где пили сладкую воду и смотрели какой-то новогодний мультик. Потом, спустя пару часов гуляния на улице, начались проблемы. Ребята замерзли. Автобус, в который они прыгнули погреться, завез их в чужой район: одинаковые серые высотки, мрачные лица, никакого праздничного настроения. Они подождали другого автобуса; его не было, а маршрутки пролетали мимо. Кучкуясь, дети пошли искать магазин.

О пропаже директор интерната сообщила спустя час после побега, приехав лично. Краев достал протокол-заявление.

— Сколько детей сбежало?

— Пятеро.

— Сколько?!

Директор развела руками:

— Ну вот так! Это мы подаем, потому что убежали маленькие! Первого числа старших пересчитаем, там побольше будет!

— Первого как раз Ветищев дежурит, ваш специалист, так что приходите. Хорошо бы и этих ему передать. Ладно, давайте фотографии…

В интернате опросили всех, кто контактировал с детьми перед их уходом; осмотрели их койко-места и тумбочки в комнатах, вышли на улицу, встали перед дежурной машиной.

— Предлагаю поехать к их родителям, – сказала Мохова. – Дети часто сбегают домой.

Купчин глянул на нее:

— Это школа-интернат для детей-сирот. Куда поедем, на кладбище?

— Я имела в виду, есть же у них… бабушки, – смутилась Надежда, – тети, дяди… откуда-то же их изымали?

— У вас никого другого от ПДН нет сегодня?

Мохова насупилась.

— Группка детей незамеченной не останется, – протянул Краев. – Если они не прибьются к каким-нибудь придуркам. Надо по притонам походить.

— Прекрасно.

— Есть другие предложения?

— Я думаю… – начала Надежда, но Краев поморщился, и она обиженно замолчала.

Ребята устали; они привыкли жить по расписанию и были слишком маленькими, чтобы в полной мере оценить условную, но свободу, на которую они вырвались. Они купили булочек в ларьке, съели их и захотели спать.

— Пошли в интернат обратно, – предложила девочка Варя. – Потом еще раз сбежим.

— Да-а, потом за нами следить будут.

— А мы их надуем. Пошли. О, смотрите, – она настороженно поглядела куда-то за спины друзей, – к нам идут.

К ним направлялись трое подростков – немного подвыпивших, грязных. В этом районе дети не ходили без взрослых именно из-за таких компаний: они были агрессивны без повода, цеплялись ко всем, кто не мог дать сдачи.

Один из подростков заметил, как малолетки расплачивались за булки; он понял, что деньги у них есть, и решил поживиться.

— Бежим? – спросил самый младший, Витя.

Варя покачала головой:

— Догонят.

Подростки подошли ближе, стали полукругом.

— Деньги есть, – утвердительно сказал старший. – Давайте.

— Нету денег.

— Сюда давай.

— Нету! – Варя топнула ногой. Мальчики хоть и боязливо, но вышли вперед, загородив девчонок; старший подросток взял Витю за шиворот, поднял:

— А найду?

— А ну пусти его! – завопила вторая девочка и кинулась на обидчика. Ее легко, как пушинку, отбросили в сторону; два интернатовских мальчика молча накинулись на подростков, но тоже были повалены на землю.