Книга Большая махинация, страница 92 – Балдуин Гроллер

— Мне нужно сначала как следует изучить этого человека, – обычно говорил он, когда его торопили. Постепенно он стал разговорчивее, добавляя штрих за штрихом к портрету, который полностью захватил его внимание.

— Должен сказать, – признался он однажды, – доктор Фельд – самая интересная личность, которую я встречал за долгое время. Это человек авантюрного склада. Настоящая загадка, достойная изучения. Он наделен способностями, интеллектом и знаниями, какие редко встретишь в наше время. Говорю вам, его можно было бы хоть сейчас сделать министром. Самое интересное, что он бы справился! Я мог бы жить как в раю с таким секретарем. Он знает, понимает и умеет решительно все. Можно было бы пребывать в праздности и поручить ему все свои дела. Доктор Фельд вызывает у меня искреннюю симпатию, и мне его даже жаль. Ведь он обречен из-за своей полной безнравственности и низости характера. Все его блестящие деловые качества не могут противостоять тем искушениям, которые происходят из его естества. При этом натура он очень сложная. Допускаю мысль, что защитник во время суда мог бы доказать, что подобная патологическая склонность к обману является настоящей moral insanity^[58].

— Вы забываете, господин Дагоберт, – заметила графиня Кэти, – что меня волнуют не моральные проблемы, а мое письмо!

— Я не забыл, ваше сиятельство! Поверьте, в его отсутствие я тщательно обыскал все его вещи.

— Вы не нашли письмо?

— Я и не ожидал его найти. Просто хотел убедиться, что он действительно носит его с собой. Вам, наверное, будет интересно узнать, графиня, что я лично убедился: письмо до сих пор там, где вы видели его в последний раз, – в его бумажнике.

— Как вам это удалось, господин Дагоберт?

— Однажды Фельд вернулся домой очень поздно ночью. Думаю, излишне говорить, что я установил за ним слежку. Каждый его шаг под контролем, и я знаю до последнего крейцера, на что он тратит деньги. А тратит он немало. Этот человек живет на широкую ногу и имеет пристрастия, присущие благородному сословию. Впрочем, некоторые из них зачастую оказываются низменными. Он является завсегдатаем фешенебельных кабаре, пьет море шампанского, играет и проигрывает крупные суммы, а также заводит романы, которые можно назвать дешевыми, даже если они обходятся ему дорого. И все это, графиня, пока что за ваш счет! У него, должно быть, железное здоровье, потому что при таком бурном образе жизни днем он свеж и бодр, а его работоспособность выше всяких похвал. Ему можно только позавидовать! Я и сам в молодости грешил, но…

— Вы хотели рассказать о письме, господин Дагоберт!

— Я как раз к этому перехожу.

Итак, он вернулся глубокой ночью. Утром я вошел в его комнату. Он крепко спал. Я подошел к его кровати. На тумбочке рядом с часами лежал бумажник. Я взял его, не спуская глаз со спящего Фельда. Его сон был крепок и спокоен. Я открыл бумажник, и ваше письмо оказалось у меня в руках, ваше сиятельство!

— Надеюсь, вы забрали его, господин Дагоберт?

— Нет, я положил его обратно в бумажник, бумажник на тумбочку, а затем незаметно удалился. Я узнал то, что хотел.

— Но ради всего святого, господин Дагоберт, почему вы сразу не забрали у него письмо?

— Я тоже считаю, что ты поступил опрометчиво, дружище, – вмешался хозяин дома, – забрать письмо – самое простое и радикальное решение.