Книга Большая махинация, страница 150 – Балдуин Гроллер

Хозяйку дома слегка огорчило известие, что в следующий четверг – день, который обычно полностью принадлежал Дагоберту, он не сможет разделить с ней трапезу, так как они с Андреасом Грумбахом получили приглашение, от которого невозможно отказаться. Госпожа Виолет слегка надула губки.

— Этого я никак не пойму, Дагоберт, – проговорила она слегка обиженно. – Почему нельзя отказаться, если у вас уже есть определенные обязательства? Да и от собственного мужа я была бы вправе ожидать, что он займет взвешенную позицию и не примет приглашения, которое адресовано лишь ему одному, без супруги!

— Мое милое дитя, – улыбнулся Андреас, – я всегда придерживался подобного взвешенного подхода, но тут случай исключительный. Это вечер для джентльменов.

— А-а-а! Ну тогда… конечно!

— Ты сразу подозреваешь что-то нехорошее, Виолет. И напрасно. В приглашении действительно значилось, что это вечер для джентльменов. Но этот вечер будет устраиваться… днем!

— Мне совершенно безразлично, желают ли господа превратить ночь в день или день в ночь. Совершенно ясно, что они хотят устроить себе какие-то пикантные развлечения. Разумеется, при таких обстоятельствах мы, женщины, должны отступить. Я все прекрасно понимаю!

— Твои подозрения совершенно необоснованны, Виолет. Это будет очень скромный garden-party^[96].

— Даже если и так, у тебя был прекрасный повод отказаться, сославшись на гостя, а у Дагоберта – на то, что он уже приглашен. Но, конечно, как только подвернется что-то поинтереснее, меня тут же отодвигают на задний план! Пожалуйста, не стесняйтесь, я вас не держу!

— Но, милейшая госпожа Виолет, – вмешался Дагоберт, – иначе поступить действительно было нельзя! Нас пригласил барон Вайсбах. Он, как вы знаете, вице-президент Международной комиссии и почти всех тех обществ, во главе которых стоит ваш супруг. Андреас просто не мог отказаться.

— Боже мой, этот новоиспеченный барон!

— Не стоит говорить об этом человеке пренебрежительно, госпожа Виолет; он заслуживает уважения. В ответ на мои поздравления с дарованием титула барон написал мне прекрасные слова: «Другие аристократы гордятся древностью своего рода, я же горжусь его молодостью».

— Как вообще произошло его «возвышение» во дворянство? – спросила госпожа Виолет, уже почти успокоившись.

— О, это, в сущности, весьма поучительная история. В Вене, как, наверное, и во всех больших городах, остро не хватает государственных больниц, особенно детских. И вот однажды господин Вайсбах, тогда еще просто Вайсбах, без всяких титулов, достал кошелек и пожертвовал миллион на строительство детской больницы. Когда же здание было возведено и оборудовано по последним требованиям науки, его супруга, госпожа Вайсбах, в свою очередь пожертвовала еще миллион на обеспечение содержания и работы больницы. На церемонии открытия неделю назад присутствовал сам император со свитой. Когда ему представили основателей лечебного заведения, его величество сказал: «Господин барон Вайсбах, выражаю вам мое искреннее признание, а вам, госпожа баронесса, – благодарность за ваш великодушный поступок». Таким образом им было даровано дворянство. Вероятно, первый случай в Австрии, когда возведение в дворянство произошло так неожиданно и публично.

Госпожа Виолет нашла это очень трогательным – и поступок Вайсбахов, и слова императора. Она уже почти утешилась, но позволила себе еще один упрек.