Книга Приключения Мартина Хьюитта, страница 52 – Артур Моррисон

Незнакомец, недоверчиво посмотрев на Хьюитта, подчинился. В этот момент клерк Хьюитта, Керретт, вошел с листком бумаги. Хьюитт взглянул на него и скомкал в руке.

— Я сейчас занят, – сказал он, и Керретт исчез.

— А теперь, – сказал Хьюитт, садясь и внезапно обращаясь к незнакомцу с пристальным взглядом, – а теперь, мистер Хокер, мы поговорим об этой музыке.

Незнакомец вздрогнул и нахмурился.

— У вас преимущество передо мной, сэр, – сказал он, – вы, кажется, знаете мое имя, но я не знаю вашего.

Хьюитт приятно улыбнулся.

— Меня зовут Хьюитт, – сказал он, – Мартин Хьюитт, и в мои обязанности входит знать очень много вещей. Например, я знаю, что вы – мистер Рубен Б. Хокер из Робертсвилла, штат Огайо.

Посетитель отодвинул свой стул и уставился на него.

— Ну, это меня задело, – сказал он. – Вы довольно умный парень, мистер Хьюитт. Я, конечно, слышал ваше имя раньше. И, значит, вы изучали Флиттербатских улан, да? – Он пристально взглянул на Хьюитта. – Ну, полагаю, что да. И что вы думаете?

— Ну, – ответил Хьюитт, глядя в глаза Хокеру, – я думаю, что сейчас уже слишком поздно, чтобы искать драгоценности Уэдлейка.

Эти слова поразили меня почти так же, как и мистера Хокера. Великая кража драгоценностей Уэдлейка, как многие помнят, была нашумевшей историей шестидесятых годов. В то время я помнил о ней не больше, чем, вероятно, большинство людей, которые в то или иное время читали о громких делах века. Загородный дом сэра Фрэнсиса Уэдлейка был ограблен, а вся великолепная коллекция драгоценностей леди Уэдлейк украдена. Человек по имени Шилс, бродячий музыкант, был арестован и приговорен к длительному сроку каторги. Другой человек по имени Легг – один из сравнительно богатых негодяев, которые финансируют перспективные кражи или мошенничества и прикарманивают большую часть выручки, – также был пойман, но вернуть удалось лишь очень немногие безделушки, да и те совсем неважные. Большая часть добычи так и не была обнаружена. И меня сильно удивило внезапное упоминание Хьюиттом драгоценностей Уэдлейка в связи с моим разбитым окном, мистером Рубеном Б. Хокером и Флиттербатскими уланами.

Что касается Хокера, то он изо всех сил старался скрыть свое беспокойство, но без особого успеха.

— Драгоценности Уэдлейка, а? – сказал он; – и... при чем тут это, вообще?

— При чем? – ответил Хьюитт с напускной небрежностью. – Ну, у меня были свои соображения, не более того. Если драгоценности Уэдлейка не имеют к этому никакого отношения, мы больше не будем об этом говорить, вот и все. Вот ваша рукопись, мистер Хокер, только немного помятая.

Он встал и вложил бумагу в руку мистера Хокера, как бы заканчивая беседу. Хокер поднялся, с недоуменным выражением лица, и повернулся к двери. Затем он остановился, посмотрел на пол, почесал щеку, наконец, сел и положил шляпу на пол.

— Ладно, – сказал он, – поговорим откровенно. Эта бумага действительно связана с драгоценностями Уэдлейка, и, будь что будет, я расскажу вам все, что об этом знаю. Вы умный человек, и что бы я вам ни сказал, думаю, мне это не повредит; во всяком случае, сейчас проку мне этих нот немного.

— Говорите, если хотите, конечно, – ответил Хьюитт, – но сначала подумайте. Вы можете сказать мне что-то такое, о чем потом будете жалеть.