Книга Королевы детектива, страница 20 – Мари Бенедикт

Наконец мы с напитками возвращаемся на палубу. Я беру Мака за руку, и он улыбается мне. В последнее время мы жили порознь – пожалуй, даже чересчур долго, хотя и не по своей воле. Я только закончила разрабатывать для рекламного агентства «Бенсон лимитед» кампанию «„Гиннесc“ пойдет вам на пользу» – обернувшуюся сущим триумфом, между прочим, – и выполнение этой задачи требовало постоянного проживания в нашей лондонской квартире. Мак же, сосредоточившийся на своей новой книге, до самой командировки почти безвылазно обитал в нашем таунхаусе на Ньюленд-стрит в эссекском городке Уитхэм. Возможно, эта поездка не только поможет женщинам утвердиться в Детективном клубе посредством поимки убийцы, но и позволит Маку и мне провести несколько дней вместе, а это нам необходимо. Впрочем, если как следует подумать, только этими двумя целями дело может и не ограничиться, раз уж в связке с нами действуют Королевы детектива.

Мы болтаем о том, что нам предстоит сделать. Редактору мужа пришлась по душе моя идея осветить убийство Мэй Дэниелс с позиции автора детективов, и потому помимо ежедневных репортажей, составляющих непосредственное задание Мака, мы с мужем напишем на пару большую статью, подающую расследование с двух точек зрения – репортера криминальной хроники и писательницы, сочиняющей детективные романы. По задумке редактора, наши сочинения будут напечатаны параллельно в расширенном выпуске выходного дня, и их снабдят каким-нибудь подзаголовком о супругах-сыщиках.

Раздается гудок, оповещающий о приближении к берегу. Паром меняет курс, и я вознаграждена потрясающим видом Булони, несмотря на вечер, все еще ярко освещенной солнцем. Крепостные укрепления старинного портового города упираются в крутой склон холма, облепленный белыми зданиями с черепичными крышами, а над всем городом возвышается огромный купол кафедрального собора Нотр-Дам-де-Булонь.

— Капитан Флеминг? Миссис Флеминг? Скоро прибытие, – предупреждает нас моряк.

Мы отрываемся от созерцания пейзажа и направляемся в каюту собирать вещи.

Паром замедляется и в конце концов с толчком останавливается, из-за чего начинается весьма ощутимая качка. Я бросаюсь за сумкой, вознамерившейся соскользнуть в проход, но и Мак тоже в самый последний момент делает выпад, пытаясь ее поймать, так что в результате мы сталкиваемся и чуть ли не валимся на пол. Вид у нас такой глупый, что я прыскаю со смеху, а затем ко мне присоединяется и муж.

С чемоданами в руках мы направляемся к сходням, где я снова окидываю взглядом Булонь. Зрелище такое чудесное, что поневоле забываешь, что город служил одним из трех основных портов снабжения британской армии на Западном фронте. Мак же от этого вида замирает на месте, и внутри у меня все так и обрывается. Неужели наш приезд в Булонь пробудит в сердце мужа воспоминания о его пребывании здесь во время Мировой войны? Пережитое им в ту пору порой выплескивается наружу, и винить его в этом сложно. На войне погибли два его брата, третий был тяжело ранен, а сам Мак отравился газом и получил пулевое ранение.

Я ожидаю глубоких морщин на нахмуренном лбу или приступа характерного кашля. Последний не только свидетельствует о внезапном обострении заболевания легких, которое муж приобрел в результате поражения ядовитым газом, но и, как правило, сопровождает погружение в хандру. Однако сегодня Мак на удивление сохраняет жизнерадостный настрой.