Книга Дело о золотой мушке, страница 48 – Эдмунд Криспин

— Тем не менее, – сказал инспектор, – стоит обратить на окно особое внимание. Если кто-то вылезал из окна, то непременно оставил какие-то следы. А что у нас есть, кроме этого, я и не знаю…

— Самоубийство, – произнес сэр Ричард, – как мы все согласились, крайне неправдоподобно из-за кольца, из-за того, что девушка стояла на коленях, и из-за всех этих странностей с револьвером; не говоря уже о том, почему она вообще избрала это место, чтобы совершить самоубийство. Несчастный случай практически невозможен. И убийство, как кажется, тоже. Итак, единственно вероятное заключение – это…

— Единственно вероятное заключение, – подхватил инспектор Кордери, – это что происшествия вообще не было. Quia, – добавил он, неожиданно вспомнив свои школьные годы, – absurdum est^[65].

— Значит, – решительно заявил сэр Ричард, – мы что-то упустили. Нам нужно двигаться дальше, и рано или поздно мы выясним, что это за недостающее звено. Вот и все.

Инспектор вздохнул. Кристально ясная версия самоубийства с треском провалилась, и он предвидел в ближайшем будущем порядочно хлопот. Вслух инспектор сказал следующее:

— С чего мы в таком случае начнем? Само собой, полагается точно установить время и так далее. Расспросим привратника и этого Уильямса?

— Расследование, как и благотворительность, нужно начинать в собственном доме, – скучным голосом произнес Фен.

— Как я это вижу, – продолжил инспектор, – нужно выяснить, у кого может быть мотив для убийства (если такие люди вообще есть), и допросить их.

— Не лучше ли будет оставаться беспристрастными? – предположил сэр Ричард. – В конце концов, мы пока не знаем, что она была убита.

— В таком случае, сэр, – сказал инспектор с некоторым раздражением, – из чего мы, на ваш взгляд, должны исходить?

Сэр Ричард посмотрел на инспектора так, будто он только что появился на свет, но не стал отвечать по той простой причине, что ничего стоящего на ум не приходило.

— Мне кажется, это очень хорошая идея, инспектор, – сонно вставил Фен. – Но, умоляю, давайте уйдем из этой унылой берлоги. Вернемся в мою комнату.

— Разве там не дожидается Роберт Уорнер?

— Ах да, конечно! Тогда предлагаю Уильямса и привратника принять здесь, подняться наверх, разобраться с Уорнером, затем от него отделаться и после этого заняться двумя оставшимися.

— Мистером Феллоузом и мистером Барклаем. Да, это не лишено смысла, – выразил сдержанное одобрение инспектор. – Но, на мой взгляд, допрашивать свидетелей в неудобной обстановке может быть даже более выгодным.

— Справедливо, в некотором роде, – сказал Фен еще более сонно. – Но если они собираются лгать, то в мягком кресле скорее расслабятся, продумают, что именно будут врать, и тем самым скорее себя выдадут… Что за жуткое у нас занятие! – закончил он, сам поразившись этому открытию.

— И еще одно, – произнес инспектор. – Нужно дать знать о случившемся ближайшему родственнику. У девушки есть родные в Оксфорде?

Найджел впервые за весь вечер подумал о Хелен. Сестры были так не похожи друг на друга и так плохо к тому же ладили между собой – неудивительно, что из головы напрочь вылетел факт их родства. У него упало сердце.