Книга И ад следовал за ним. 1914, страница 158 – Ник Савельев

Наиболее опасное. Успешный прорыв через Бельгию и северную Францию с последующим выходом к Парижу до завершения мобилизации в России.

Примечание. Наибольшую опасность для противника представляет затягивание конфликта и утрата Венгрией лояльности Берлину под сербским давлением, ведущая к развалу южного фланга Центральных держав до того, как Германия сумеет использовать окно возможностей.

4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ И РЕКОМЕНДАЦИИ

При сохранении текущей конфигурации сил продолжительность войны оценивается приблизительно в два-три года. Исход будет определяться двумя переменными:

(a)удастся ли Германии вывести Францию из борьбы на первом этапе, пока русская мобилизация не завершена;

(b)сохранит ли Венгрия лояльность Берлину в условиях сербского наступления и внутреннего давления славянского населения.

«Австрийский домен» как самостоятельная военная сила имеет ограниченное значение. Однако в качестве плацдарма для наступательных действий против Баварии и как политический символ – законное правительство империи, ведущее борьбу с сепаратистами, – он представляет для Антанты ценность, выходящую за рамки чисто военных расчётов. Рекомендуется использовать данный фактор в полной мере при планировании совместных операций.

Подпись: [Начальник Имперского Генерального штаба]

Военное министерство, Уайтхолл

Разослано: Военному министру, Первому морскому лорду.

Дата: *** мая 1914 г».

* * *

Отто Вайс стоял у наборной кассы и смотрел, как верстается первая полоса. Заголовок, ещё влажный от краски, кричал на пол-листа: «ВОЙНА. РОССИЯ, ФРАНЦИЯ, БРИТАНИЯ ВСТУПАЮТ В ВОЙНУ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ. АВСТРИЯ ПРИСОЕДИНЯЕТСЯ К АНТАНТЕ. ВЕНГРИЯ – НА СТОРОНЕ БЕРЛИНА».

Он перечитал текст, который сам написал час назад.

«Сегодня в шесть часов утра Его Императорское Высочество эрцгерцог Франц Фердинанд подписал манифест о вступлении Австрийской империи в войну против Германской империи и Королевства Венгрия. Одновременно объявлено о заключении военной конвенции с Российской Империей, Французской Республикой и Британской Империей. Австрийская армия прекращает отход и переходит к обороне по линии Линц – Вена – Прессбург. Венгерская граница объявлена враждебной. Сербская армия начала наступление в Воеводине. Германские войска продолжают оккупацию Богемии и выдвигаются к Праге».

Вайс отложил гранки. В окна редакции било яркое майское солнце. Каштаны на Альзергрунд цвели, и пыльца висела в воздухе золотистой взвесью. Он вдруг подумал, что империя, о конце которой он писал ещё вчера, нашла способ умереть и воскреснуть в один и тот же день. Умереть как дуалистическая монархия, и воскреснуть как осаждённая крепость, готовая драться. Это было безумием. Но в этом безумии, как ни странно, теплилась надежда.

Внизу, на улице, мальчишки-газетчики уже выкрикивали заголовки. Их голоса звенели в тёплом воздухе, и Вайс, слушая их, вдруг впервые за очень долгое время улыбнулся по-настоящему. Мир сошёл с ума. Но этот безумный мир был ещё жив. И пока он жив, у газетчика есть работа.

Дождь зарядил с ночи и к утру не кончился. Вода блестела на мостовой, сбегала по водосточным трубам, барабанила по жести карниза. В кабинете было сумеречно, но Ронге не зажигал лампу, электрический свет резал ему глаза. Он сидел, подперев голову рукой, и смотрел на стопку депеш.