Онлайн книга «Тайна «Красной Москвы»»
|
— Он боялся, что о незаконной продаже станет известно? — догадалась я, испытывая острое желание усадить парфюмера на место, так как от его лихорадочных метаний у меня рябило в глазах. — Но как Тимофей мог узнать об условиях хранения флакона? Вы могли наврать ему, что духи лежат в сейфе. Или он в гости пришел? С печальным выражением лица Орехов развел руками: — Сила рока, воля случая. Однажды он собирался зайти в мастерскую — и я унес флакон. Но наверное, правду говорят: чему быть — того не миновать. Оказалось, что его родственнице, так же как и вам, подарили сертификат на посещение моей парфюмерной мастерской. Она заметила флакон, заинтересовалась, я показал ей эту вещь. В общем, Тимофей все узнал. Накануне убийства он звонил мне. Разговор был резкий, неприятный, с угрозами… После того как мы обнаружили труп, Веремеев опять набрал мне. Он как будто бы чувствовал, что случилось непоправимое. Я решил после всего произошедшего воздержаться от прямых обвинений, рассказал про кражу и убийство. Мне кажется, когда идешь по пути резких наездов — человек вынужден защищаться, и сложно понять, насколько он искренен. Я выбрал другую тактику, хотел показать свою растерянность, страх. — И что вы поняли по реакции Веремеева? — Он был неприятно удивлен и напуган. Просил меня не говорить ничего полиции о флаконе. Он сказал, что для музея как-то получилось подчистить документы, уничтожить информацию о поступлении в фонд этой вещи. А теперь он очень боится, что наши махинации вскроются. — Вы верите ему? — Да. Он интеллигентный человек. А тут — украсть, убить. Нет, невозможно. Не могу себе представить. — Да, наверное, подозревать этого Тимофея не надо. — Я тоже встала, подошла к окну, открыла форточку. Ароматы мастерской, доставлявшие сначала мне неимоверное наслаждение, через час сжали голову, как тиски, и я почувствовала даже обычно несвойственное моему организму повышение давления. — У него же нет гарантий, что вы не станете откровенничать с полицией. Да, он вернет флакон на место. Но могли появиться ваши показания о незаконной продаже — и он огреб бы по первое число. Это же подсудное дело, и никакая вещичка стоимостью джипа не заменит свободы… На всякий случай я все-таки попросила Орехова написать мне телефон Веремеева. К счастью, выяснилось, что номер автомобиля музейного работника Стас тоже запомнил — он отличался от номера его собственного авто всего на одну цифру. Я подумала, что при помощи Седова (который, в свою очередь, загрузит своих оперов парой-тройкой телефонных звонков и запросов) мы очень быстро поймем, находился ли в момент совершения преступления Веремеев возле парфюмерной мастерской. Данные по пеленгации мобильного телефона позволяют точно определить квадрат нахождения абонента. С камер видеонаблюдения, установленных на дорогах, можно легко получить сведения об автомобиле с конкретным номерным знаком. Конечно, остается вариант предусмотрительности преступника, который заранее заботится об отсутствии следов мобильного телефона или автомобиля. Что ж, обнаружение такой ситуации — тоже информация, свидетельствующая об определенном раскладе… Получается, что флакон видели клиенты, приходившие в парфюмерную мастерскую. Флакон видел убиенный лаборант Юрий Иванов, он тоже мог кому-то сообщить. Вот по этим направлениям я стала бы пытаться искать предполагаемого вора и убийцу. |