Книга Волчье логово божьих коровок, страница 89 – Маргарита Южина

— Ника, и чего мы с тобой в таком рванье? — вздохнула однажды Арина. — Я видела, там тетки белье вешают сушить, пойдем снимем. Там такие платьица — закачаешься!

Платьица они сняли, однако те были маловаты, и на высоких девчонок не налезали.

— Да ну и что! — не могла отказаться от такой красоты Ника. — И пусть короткое. А здесь можно и не застегивать!

— Ну хватит уже над собой издеваться! — прикрикнула на нее подружка. — Пойдем продадим! Купим жрачки, а платья… у меня такая мысль завелась!

— А кто купит-то, оно же уже стираное… — сомневалась Ника.

— Ой, да ну и что! — фыркнула Арина. — Ночью в киоск пойдем, там старушки работают, у них внуков всегда не меряно, а денег-то тоже, не кули! Так что — возьмут.

У них и в самом деле — взяли. В тот же вечер девчонки наелись, а уже на следующий день Арина потащила Нику в магазин одежды. Конечно, магазин был не из навороченных, да им это и не надо было. Начинать хотели с простенького. Начинать — это значит, незаметно свистнуть платье с вешалки и вынести из магазина. То ли девчонки были слишком ловкие, то ли продавцы окончательно потеряли надежду, что их товар кому-то интересен, но первая попытка удалась! И вторая — тоже. И потом, все последующие — проходили на ура!

Девочки были не настолько глупы, чтобы не понимать — когда-нибудь этому придет конец — схватят за руку, а потом придумывали всякий раз новые способы, приемы, и продумывали все подробно. Очень скоро учителя заметили, что девочки-то ничего одеты! И даже очень неплохо.

— Ариша! А у тебя мама на работу устроилась? — вздернула как-то бровки молоденькая классная руководительница. — Я смотрю, на тебе такой костюмчик! Даже у нашей Оленьки такого нет.

Оленька — была одна из классных красавиц, и у нее всегда «все было». Поэтому учительница и насторожилась.

— Да какая там работа… — насупилась Арина. — К мамке новый хахаль ходить стал, вот я у него и стянула несколько сотен… только вы меня не выдавайте, они же все равно пропьют!

И девочка посмотрела на учительницу такими несчастными глазами, что сердце молодого педагога дрогнуло.

— Хорошо, Ариша… — строго поджала та губы. — Я в этот раз ничего не скажу, но… так и знай — это к добру не приведет! Воровство — это пропасть! У тебя мать уже давно туда упала, а ты еще совсем молоденькая! И такая красивая! Мне будет очень жалко!.. А у Ники — тоже новый папаша?

— Нет, я с ней просто поделилась… деньгами… — буркнула Арина, взяв всю вину на себя.

Этот разговор возымел серьезный эффект. Девчонка впервые услышала, что кому-то будет не все равно, если она куда-то там упадет, в какую-то пропасть. Да и испугалась девочка — если учительница заметила их гардероб, значит … первые гости из милиции, будут к ним — к ней и Нике.

— Ника, все, — вечером говорила Арина подруге. — С тряпьем завязываем. Заметут. Да и хорош уже воровством — то промышлять, посадят же! Надо… надо личную жизнь устраивать. Работу надо искать.

А здесь уже выручила Ника.

— У нас соседка пододеяльники строчит, там ничего сложного, и работать можно — когда время есть, давай?

Они строчили постельное белье, потом выгуливали чьих-то собак, устраивали матерей дворниками, а сами по утрам скребли метлами тротуары. В общем, девочки зарабатывали, как могли. А после девятого класса подались в училище, где было и общежитие, и бесплатная кормешка и даже стипендия. Конечно, выпускало училище вовсе даже не артистов, и не юристов — медиков, там выращивали маляров — штукатуров! Да кого это волновало, когда у тебя есть кусок хлеба и крыша надо головой. А вот пьяных дебошей, драк, и мужиков с вонючими мордами вовсе и нет! Это был подарок судьбы. Но и этого подарка вскоре оказалось мало.