Онлайн книга «Волчье логово божьих коровок»
|
— Скажите мне, а вот ваши соседи, они давно сюда заехали? — Соседи-то? — не сводил глаз с неоткрытой еще бутылки сосед Бодаловых. — А я и не помню. Мы с имя-то не слишком близки. Это они с моим сыном дружат, а меня презирают! Ха! Да я еще первый их презирать начал!! Только они и не знают! — А с сыном, стало быть, дружат? — уточнил Жора. — Да какая там дружба… ты водку — то открывать не умеешь что ли? Сижу тут жду-жду… Жоре все же пришлось налить хозяину первую стопочку. — Ну? Так чего там с дружбой-то? — напомнил он. — Так и грю… фу ты, змеюка какая крепкая… — поморщился старичок, но глянув на пыхтящего Жору, зачастил. — Я и грю — какая там дружба — то? Так только — здрассьте, и в разные стороны. Но, правда, когда моему Степке понадобилось тещу в психушку упечь, Кирилл-то ее туда затолкал. Помог. Но ить, опять же, как помог. Пока ему сынок денег кучу не отвалил… — Погодите… ничего не понял… какую тещу в психушку? — поморщился Жора. — Ты чего такой-то?! — взвился старик. — Ну чего непонятного-то?! Прям, еще не выпил. А уже ни хрена не смыслишь! Я ж те грю — теща у моего сынка — стерва первой свежести! Чего токо не выдумывала, чтоб сынишку моего с женой евойной разлучить. И ведь ничо с ей не сделаешь, потому как у ей денег немеряно! А она ж не хочет делиться — то! А Степке моему надо в бизнес вложить! А она — не дам! И хоть тресни! А сама — нет — нет, да и заговаривается. То есть, потихоньку от своих денег с ума сходит. Ну и Степка решил — пусть она с ума сходит, но токо в спецьяльном учреждении. Ну, понятное дело — она ни в какую. Да ее и не спрашивал никто, все одно ж не согласится. И тогда Степка мой прямиком к Бодалову — шасть! А тот грит — не проблема! Будет ей хорошо у нас. И, короче, решил, ее к себе определить. — А куда это — к себе? — не понял Жора. — К себе домой что ли? — Не, ну ты совсем что ли чокнутый? — огорчился старик. — Чего он ее домой-то потащит?! Дурак что ли? — Еще раз назовешь дураком, водки не получишь, — набычился Жора. — Так и не называю! Я ж тебе объясняю — чего ж он ее к себе — то потащит, он же ее родненькую, сразу в психушку! Хотя нет, здесь я тебе соврал. Не сразу. Он же змеюкой оказался. Договорились они, значит, со Степкой моим, что сынок мой ему заплатит… ой, сколько ж он ему сказал… то ли сто тыщей, то ли сто пятьдесят… сто пятьдесят, точно. Ну, а мой-то Степка, он же не захотел все-то деньги отдавать, думал так пролезет. А тот змеюка, Бодалов-то, он ей тогда просто укольчик поставил. И она — ты себе представь, совсем перестала все помнить! А сама, главное, здоровехонькая! Только башкой крутит, чего-то ей не по себе. И никуда в психушку опять не собирается. А Степка ж уже и ремонт ейной квартиры затеял, и уже покупателей нашел. Евойная жена уже опеку собралась приватизировать над матушкой, над деньгами-то. А теща токо сидит и глазами лупает, и снова, значитца, собирается моему Степке жисть портить! Ну и чего, пришлось сынку и остальные деньжата выложить. И вот токо после того Бодалов ее к себе забрал, в психушку. — Так! Только тихо! Но… я опять не понял — почему ты все время говоришь, что Бодалов к себе в психушку забирает? Он что — психиатр что ли? Главврач? Он же ювелир! Мне Клавдия Сидрна сама говорила! — Какой к черту ювелир! — вскинулся старичок. — Говорю ж тебе — врач он! Психиатр. Причем, в отставке. Он в этой психушке стоко проработал, его там каждая собака знает. Он же до сих пор там околачивается — труд пишет, хочет прославиться! Книгу какую — то пишет, про психов. |