Книга Белая стрекоза и три папы, страница 90 – Янина Корбут

Я шла и ругалась нехорошими словами, призывая негодников показаться сейчас же, во избежание более суровой кары. Воздух, пропитанный запахом прелой земли, показался особенно густым. Дорога тянулась впереди и позади, неосвещенные дома смутно громоздились по бокам, темное поле возле леса простиралось в ночную бесконечность.

Я уже почти подошла к лесу, до него оставалось всего каких-то пару метров. И в этот момент явилась неприятная мысль.

«Вдруг камень бросили специально, чтобы выманить меня из дома? Надо вернуться и взять хотя бы арбалет Славика…»

Я сделала еще шаг в сторону леса, позвала мальчишек, вглядываясь в темноту. И развернулась назад. Только сейчас поняла, что меня смутило: на улице сегодня не горели фонари.

«Наверное, перебои с электричеством. Сейчас приду домой, выпью горячего и позвоню Славику, чтобы возвращался домой. Одной все-таки как-то жутковато…»

И вдруг сзади кто-то шепотом назвал меня по имени. От неожиданности я завизжала, но тут чья-то уверенная рука закрыла мне рот, а вторая крепко сжала горло. В спину мне уткнулось что-то твердое, похожее на пистолет. Но проверять я не стала. Тем более сзади включили диктофон, который каким-то металлическим голосом сообщил мне:

— Не вздумай оборачиваться, а то выстрелю. Если ты не прекратишь копаться в этом деле, будешь следующей. Сейчас я тебя отпущу, и ты пойдешь к себе, не оборачиваясь.

Медленно ступая на ватных ногах, я сделала пару неуверенных шагов, но, чем дальше отходила от места нападения, тем больше крепло желание обернуться. В висках что-то тикало, меня бросало то в жар, то в холод.

— Только не обернуться, только не обернуться, — бормотала я себе под нос, и звук собственного голоса немного примирял с ситуацией. Уже почти у своего забора я все-таки повернулась, но улица ожидаемо была пуста и равнодушна.

Я остановилась, сжав пальцами виски, и часто поморгала. Потом зажмурилась изо всех сил, но ничего не изменилось. Дверь все так же была приоткрыта, и я поспешила в спасительное тепло дома. Схватив чашку с горячей водой, которую успела налить перед выходом, жадно опустошила ее и кинулась к своему телефону, что стоял на зарядке в спальне.

Оказалось, Славик уже спешил ко мне. Через пять минут он ворвался в дом.

— Мамочки! Что только что было!

— Славик, ты похож на Мцыри, который вступил в битву с барсом. Где ты был?

— Я видел лисье привидение!

— Кого?

— Лисье. Привидение, — отчеканил Славик, постукивая зубами.

Я прыснула, несмотря на недавно пережитый страх:

— А с чего ты взял, что это была не обычная живая лиса?

Славик задумался:

— А и правда. А чего это я? Господи, это полнолуние меня доконает. Знаешь, в белом свете она была такая жуткая, а еще кралась… Я уже собрался в обморок. Повезло, что ее или его спугнул добрый прохожий человек.

— Какой еще прохожий? Что за добрый человек?

— Кто-то, посланный Богом, не иначе, бежал через дорогу, и она… оно… метнулось в лес.

— Ты рассмотрел, кто это был? Мужчина? Женщина? — схватила я его за рукав в сильнейшем волнении.

— Господи, да какая разница. Я смотрел на лисье привидение, зачем мне какой-то мужик.

— Все-таки мужик?

— Кажется. Да объясни, в чем дело-то… Кстати, там Дубровский просил, чтобы я тебя позвал. Говорит, у тебя телефон разряжен.