Книга Белая стрекоза и три папы, страница 52 – Янина Корбут

Дубровский поперхнулся чаем, который попивал из принесенной с собой термокружки.

— Серьезно? С чего вдруг?

— А то ты сам не знаешь? — неожиданно пошла в атаку и Танечка.

— Просвети, пожалуйста.

Староста нервно дернула щекой и принялась теребить свой растрепанный хвостик:

— Она мне все про тебя рассказала, когда мы гуляли на экскурсии. Ну, что вы общались и что виделись, когда она ездила в Лондон летом. Получается, она единственная из нас, кто поддерживал с тобой отношения. Может, ты дал ей надежду?

Я с интересом уставилась на Дубровского, думая, как же он будет выкручиваться в данном конкретном случае. Стоило отдать ему должное: ни один мускул не дрогнул на его породистом лице:

— Даже если мы иногда общались, это же не означает, что я ее убил, — спокойно заявил он.

— Она что, была у тебя, когда ездила в тур по Европе? — удивилась Элла. — А я думаю, чего она в Лондоне столько проторчала…

Тукач уже явно «взял след» и собирался вцепиться в Дубровского, как бойцовая собака, но вдалеке послышался шум мотора.

Мы высыпали на палубу вслед за капитаном и смогли констатировать, что начался дождь. И что к нам приближается маленькая яхта, в которой я очень быстро опознала собственность папы № 2. Записанную, впрочем, на папу № 3, как и наш загородный отель «Одалиска».

Пока мы с разинутыми ртами наблюдали их приближение, Дубровский вяло переругивался с «одноклассниками»: те принялись допытываться, было ли у него что-то с Соней, и ради чего он решил организовать эту прогулку по Клязьме.

В любой другой момент я бы не упустила возможности позлорадствовать и послушать, что будет нести Дубровский-Иванов, явно не ожидавший «испанской инквизиции». Но теперь у меня нарисовалась проблема посущественнее. И она, проблема, то есть мамуля, сейчас как раз сходила на берег с гордо поднятой головой. Один муж, папа № 1, подавал ей руку, второй отец держал над ней зонтик. Третий сзади тащил ее расшитый стразами чемодан.

Мамуля, прищурившись, пыталась рассмотреть нашу компашку сквозь призму дождя. Славик радостно замахал моим предкам рукой.

— Наконец-то группа поддержки прибыла! Поднимайтесь к нам!

— Это еще что за персонажи? — возмутился было Тукач. Дубровский сдавленно хахакнул. Видимо, он не ожидал не только «испанской инквизиции», но и моей родни.

— Это моя семья, — буркнула я, всей душою согласившись с Тукачом. Персонажи еще те. И обычно, когда они появляются на страницах книги, так и жди неприятностей.

Капитан встречал новых гостей с любопытством и тревогой. Наверное, тревогу вызывало жабо мамули и ее высокая прическа в виде Эйфелевой башни. Все, кто первый раз видит мамулю, впадают в легкое подобие транса, чего уж там…

Взойдя на борт первой, мамуля всплеснула руками, заметив Дубровского:

— Глазам своим не верю! Александр! И вы здесь? Вот так встреча! А я же еще летом поняла, что у вас к Дарине что-то есть…

Отцы по очереди тоже пожали руку Дубровскому, потом обняли меня. Второй дал Славику приветственный щелбан, и все трое раскланялись с бабулей. Та буркнула что-то в ответ, а отвернувшись в сторону, назвала их в порядке очередности «зануда, бандит и бездельник».

— Да, вот так совпало, — вещал между тем Дубровский. — Мы же, оказывается, из одного города! Я еще тогда, летом, визитку у Дарины взял, подумывал собрать одноклассников, но организация — не мое. Люблю, когда за меня работают профессионалы.