Книга Пустота приходит не сразу, страница 46 – Евгения Горская

Она зло дернула головой. И без него понимала, что трепать языком не стоит.

— Борис Яковлевич прямо не сказал, что подозревают Глеба, но я же не идиотка!

— Возможность включить компьютер была только у тебя и Глеба. Глеба убили. Что я должен думать, по-твоему?

— Когда включили компьютер? Во сколько?

Павлу показалось, что она сейчас заплачет, но она только зло сжала губы.

— Минут через десять после того, как вы остались в офисе вдвоем. И минут за десять до того, как ты ушла, выключили.

Настя задумалась, глядя мимо Павла.

— Глеб никуда не выходил!

Павел промолчал.

— Павел! Он никуда не выходил! Точно! — Слезы у нее на глазах все-таки появились. — Я выходила в туалет, а Глеб все время сидел за компьютером.

— Настя, на этаже больше никого не было! Я смотрел записи с камер.

Она похлопала глазами, отгоняя слезы.

— Глеб этого не делал! И я не делала!

— Ладно, разберемся. — Павел подвигал мышкой, давая понять, что разговор окончен.

Настя правильно его поняла, поднялась, подержалась за спинку стула.

— Знаете, кто на похороны приехал? Никто! Только я одна! Глеб у нас давным-давно работал, все его знали, а на похороны поехать ни у кого времени не нашлось! Здорово, да?

Павел не нашел, что на это ответить.

— Еще два парня с его курса приехали. И все! — Девушка быстро пошла к двери.

— Борис Яковлевич собирался вернуться. Он тебе ничего про это не говорил? — задержал ее Павел.

— Не говорил. — Настя взялась за ручку двери. — Мне на маму Глеба было страшно смотреть. Она какая-то… как мертвая. Разговаривает, а глаза пустые. Не представляю, как Борис Яковлевич ее оставит. Павел! Убийцу найдут?

— Найдут! — пообещал он, не вполне веря собственному обещанию.

В последний момент Настя опять напомнила ему молодую Киру.

Это было плохо.

Это мешало вернуться в спокойную комфортную жизнь, которая была до кражи и убийства.

* * *

Вниз Кира всегда спускалась пешком. Проверяла почтовый ящик, не глядя выбрасывала бесплатные газеты и рекламные листки в мусоропровод. Герман обычно рекламу просматривал, а она времени на это не тратила. Правильно делала, муж ни разу ничего полезного в навязчивой рекламе не нашел.

Когда Кира выбросила очередную порцию рекламы, подошел лифт, выпустил Лену и девушку с бульдогом.

Лена задержалась, ожидая, когда Кира спустится от почтовых ящиков. Из подъезда они вышли вместе.

Опять шел мелкий снег и тут же таял.

— Я Глеба иногда видела вместе с Дашей. — Лена посмотрела на остановившегося у ближайшего куста бульдога.

— Ее зовут Даша?

Девушка дернула за поводок.

На ней была меховая куртка, почти такая же, как та, что висела в шкафу у Киры.

Лена кивнула.

— Не похоже, что она очень страдает, — ехидно заметила Кира.

Соседка пожала плечами.

Девушка с бульдогом свернули за угол.

— Ты давно здесь живешь, Лен? — спросила Кира, спускаясь с крыльца.

— Давно. То есть постоянно живу лет десять, а раньше здесь моя бабушка жила. Мы с братом часто к ней приезжали. Поэтому я всех соседей хорошо знаю. Даша на моих глазах выросла. Я с ее матерью, можно сказать, дружила. Марина с мужем сейчас в другой квартире живут, Дашка здесь одна. Марина иногда звонит, спрашивает, кто к дочери приходит, ну и все такое… — Соседка улыбнулась. — А откуда мне знать! Мы на разных этажах живем. Да и не хочется мне за девчонкой следить, сама была молодая.