Книга Пустота приходит не сразу, страница 45 – Евгения Горская

В этом и раньше необходимости не было.

— Позвоните, если вам еще что-нибудь будет нужно, — робко предложила она.

Ей очень хотелось ему услужить, отблагодарить за то, что не угробил ее сына. Это было глупо, Герман получал зарплату за то, чтобы качественно лечить, а не за что-то другое.

— Диктуйте номер, — кивнул он.

Едва ли он снова к ней обратится, скорее уж действительно позвонит ментам, которые оставили Кире визитки, но обижать женщину отказом он не стал.

Она продиктовала цифры, он внес их в контакты.

Мужчина, которого прооперировали неделю назад, медленно вышел в коридор из палаты. Ему очень хотелось скорее встать на ноги, он упорно двигался, превозмогая боль. Герман таких больных уважал.

Екатерина тут же вскочила, подбежала к мужчине. Наверное, она считала своим долгом помогать не только сыну, остальным тоже.

Когда Герман уходил из отделения, в коридоре не было ни мужчины, ни Екатерины.

Разбудил будильник, и, еще не открыв глаз, Павел впервые за все эти сумасшедшие дни осознал, что больше не чувствует себя беспомощным.

Мила права. Он раскис как тряпка.

Он взрослый умный мужик. Он должен справляться с любыми проблемами.

Нужно только не думать о Кире. Кира осталась в прошлом.

Мила зашевелилась, улыбнулась.

— Спи, — прошептал Павел.

Она потрясла головой — не хочу.

Вернулась не только уверенность. Мила опять напомнила ласкового необременительного котенка, которого можно погладить, когда захочется, и который совсем не мешает.

— Ты знаешь, — сказал Павел, вставая с постели, — у меня работает девочка, нормальная девочка, тихая, работает неплохо. А вчера я узнал, что у нее любовная связь с одним мужиком. Мужик намного ее старше.

— Женат? — заинтересовалась Мила.

— Женат. — Павел оделся, остановился в дверях спальни. — Во всяком случае, кольцо носит.

— Господи, как отвратительно! — Мила поморщилась. — Ты знаешь, я больше всего ненавижу ложь. Человек не должен врать! Никогда! Обманывать жену отвратительно!

Он когда-то обманывал Киру, и Милу это не смущало. Павел почему-то пожалел, что затеял этот разговор. А садясь через час в машину, неожиданно подумал, что Мила действительно никогда не лжет. Во всяком случае, он ни разу ее на лжи не поймал.

Впрочем, он не очень старался.

Настя ждала его, стоя около лифтов.

— Привет, — выйдя из лифта, вздохнул Павел.

— Здрассте, — прошептала она.

Сегодня она опять была во всем черном. Волосы сколоты в небрежный пучок.

У Милы на создание небрежного пучка обычно уходило много времени.

Павел молча отпер дверь кабинета, впустил Настю внутрь. Девушка уселась около его стола.

— Откуда ты узнала про деньги? — спросил Павел, вешая куртку в шкаф.

— От Бориса Яковлевича, — не оборачиваясь, прошептала она. — От папы Глеба. Я ездила на похороны.

Павел подошел к столу, включил компьютер.

— Борис Яковлевич спросил, не выяснилось ли что-то новое насчет денег. Он думал, что про кражу все знают. Почему вы решили, что это сделал Глеб? — Светлые Настины глаза были несчастными и злыми.

— Я этого не утверждаю. — Павел сел в кресло. — Перевод был осуществлен, когда в офисе оставались только ты и Глеб. Кто-то включил компьютер Майи Семеновны и осуществил перевод. Кстати, не факт, что это сделал один человек. Кто-то мог включить комп, а кто-то другой удаленно осуществить банковскую операцию. Настя, я прошу тебя не разглашать эту информацию!