Книга Последняя роль примадонны, страница 42 – Марина Серова

— В этот момент вы находились в комнате? Как он вскрыл сейф? Почему вы не вызвали полицию? Как вор проник в комнату? – посыпались из меня вопросы.

— Да, я была в комнате. Лежала в постели и уже дремала. Видимо, он подумал, что я крепко сплю. И не вскрывал он никакой сейф! Просто взял кольцо с трюмо и исчез! Я даже не заметила, когда и куда! Как сквозь землю провалился!

— Вы храните такую драгоценную вещь просто на трюмо? – опешила я.

— А что в этом такого? Просто сняла, потому что палец болел, и оставила на трюмо, – пожала плечами Зинаида Павловна.

Ада Францевна неодобрительно покачала головой.

— И не надо так реагировать, Ада! Я в своем доме и вольна делать так, как мне удобно!

— Так, а почему вы не обратились в полицию? – повторила я вопрос.

— Они все воры и коррупционеры! – стукнула кулаком по подлокотнику Зинаида Павловна.

Мне стало немного обидно за полицейских. Нет, я не спорю, во всех профессиях найдутся любители взяток и искатели наживы, но нельзя же всех грести под одну гребенку!

— Мне нужно осмотреть место преступления, – вздохнула я, поднимаясь.

— Я никого и никогда не пускаю в свою спальню, – отрубила дама.

Ступор. Я стояла и хлопала глазами, как первоклассница на линейке, которая забыла выучить стих.

— Но, Зиночка, девочке надо поискать улики, – вступилась за меня Ада Францевна. – Как же она сможет помочь, если просто послушает твой рассказ, но ничего не осмотрит?

— Да? Это действительно необходимо? – подозрительно уставилась на меня Зинаида Павловна.

— Конечно, – развела руками я.

— А почему?

Опять ступор. Раньше мне никто таких вопросов не задавал. Я просто выполняла свою работу, никому не объясняя, почему поступаю именно так, а не иначе, и зачем это необходимо.

На меня накатила волна раздражения. Да кем она себя возомнила?

— Я не обязана читать вам лекции о рабочих буднях частного детектива, – резко ответила я. – Если вы не нуждаетесь в моих услугах, то мы, пожалуй, пойдем. У меня слишком много работы, чтобы тратить время на всякие глупости. Пойдемте, Ада Францевна, мы уходим.

— Вижу, вы знаете себе цену, – слегка улыбнулась Зинаида Павловна. – Мне нравятся такие люди. Я готова заключить с вами договор.

Я молча вынула из кейса бланк договора и передала генеральше. Деньги есть деньги. Работа есть работа.

Мы быстро обсудили все детали. Сумма вознаграждения, названная Зинаидой Павловной, была выше той, на которую я рассчитывала, почти в три раза. Вот это я называю правильный подход к делу!

Мысленно я уже спустила всю, еще маячащую в далекой перспективе, сумму.

Когда все документы были подписаны, меня провели в святая святых – спальню хозяйки. Ада Францевна увязалась следом и делала вид, что не понимает косых взглядов и намеков Зинаиды Павловны, что, мол, посидела бы ты, подруга, внизу, подождала нас.

Войдя в святая святых, ни капельки не удивилась. В глазах рябило от позолоты, картин, вензелей, статуэток и прочих вещей, захламляющих пространство комнаты. Хозяйка пыталась выдержать оформление комнаты в одном цвете, почему именно бордо, одной ей известно, но, видимо, периодически срывалась. Так, в комнате соседствовали огромная двуспальная кровать с бордовым балдахином и голубым покрывалом, бордовые обои с золотыми вензелями, да-да те же самые, что и в холле, и желтое кресло-мешок, шкаф-купе с изображением гигантской бабочки на дверцах и антикварный туалетный столик вишневого цвета. И на всех плоских поверхностях в хаотичном порядке стояли фигурки животных из фарфора и глины, стеклянные шарики с искусственным снегом внутри, деревянные шкатулочки разных размеров и форм, чернильницы с перьями, четки, бусы, кольца, браслеты, фантики от конфет и обертки от шоколада… Кто-то здесь большой сладкоежка. И еще больший свинтус. А еще на подзеркальном столике, в золоченой рамочке, стоял портрет. Актрисы Ляли. В принципе объяснимо, если хозяйка дома – заядлая театралка. Но такое совпадение меня несколько насторожило.