Книга Убей меня по-братски, страница 103 – Марина Серова

— У вас здесь есть видеокамеры?

— Только по периметру территории. В самом здании только у охранника.

— То есть посмотреть, кто входил или выходил из лаборатории, нельзя?

— Нет. Да и незачем нам это. Штат сотрудников у нас небольшой, и за все время, что я тут руковожу, а я сама основала этот центр, ни разу не было никаких инцидентов. Поэтому то, о чем вы сейчас меня тут спрашиваете, никак не укладывается в моей голове.

— А убийство в вашей голове укладывается?

Виолетта Васильевна замерла в той позе, в которой произносила последние слова. Потом она сняла свои очки, сложила их в футляр и встала из-за стола.

— Я попрошу вас уйти, – указала она мне на дверь. – До этого вопроса я с вами была предельно вежлива. Но сейчас вы перешли все границы.

— По-моему, я ничего лишнего не спросила, – попыталась возразить я.

— Всего хорошего, частный детектив. В следующий раз, если возникнут подозрения в адрес нашей организации, пусть приезжает полиция. С ордером на обыск. И вызывает на допрос повесткой.

Мне пришлось уйти, потому что она все равно мне больше ничего не расскажет. Но одного слова, прозвучавшего из ее уст, мне было достаточно, чтобы усомниться в искренности ее ответов. Виолетта Васильевна, без сомнений, знает про калий. И тут два варианта. Либо она обнаружила пропажу, либо Виктор достал это вещество с ее помощью.

Не успела я выйти за пределы здания, как мне позвонили. Головин был чересчур радостным.

— Таня, Ковурский сознался, – сообщил он.

— Виктор? – сама не поняла, почему я это спросила.

— Нет же, Вадим. Сейчас мне позвонил его адвокат. Просит скостить срок, если его клиент пойдет на сделку со следствием.

— А в чем он сознается? В убийстве Полины и нападении на отца?

— Насколько я понял, и Яшина тоже. Так ты приедешь на допрос? Я вскоре буду выезжать в больницу.

— Хорошо, я подъеду.

Я села в машину с двояким чувством. С одной стороны, признание – это то, чего больше всего ждет любой следователь и детектив. А с другой – чутье подсказывало, что, несмотря на все улики, Вадим все-таки ни при чем. И очень интересно, какой он представит свою версию произошедшего.

Когда я заглянула в больничную палату, где лежал Вадим, мне показалось, что количество людей на один квадратный метр зашкаливает. Рядом с койкой стояла Тамара Ковурская, позади нее, словно тень, высился Виктор. Головин забился в углу и, что-то записывая на бумагу, разговаривал с адвокатом. Медсестра, которой я давала свою визитку, измеряла Вадиму давление. Она смотрела на меня так, словно что-то знала. Но из-за большого количества людей я не смогла ничего у нее спросить.

Увидев меня, Головин скомандовал всем, кроме меня и адвоката, выйти в коридор. Вадим был спокоен. Ни чувства сожаления, ни страха. Сложилось такое ощущение, что ему просто все равно.

— Ваш адвокат сообщил мне, что вы хотите подписать признание. Это так? – обратился к Вадиму Головин.

— Да, я совершил два преступления, – подтвердил он.

— Начнем по порядку с первого преступления. Кто ваша первая жертва?

— Григорий Яшин, – выждав паузу, ответил Вадим.

— И как вы его убили?

— Подменил ему лекарство. Достал из банки витамины и положил туда капсулы с калием.

— Зачем вы это сделали? Какой был мотив?

— Мы с ним поругались очень серьезно. И вообще, к чему эти подробности? Я же сознался, что убил его.