Книга Эхо далекого прошлого, страница 97 – Марина Серова

Светлана замолчала.

— Светлана, вы помните, где находился Георгий два дня назад утром? – спросила я. – Вспомните, это очень важно, – подчеркнула я.

— Как же, я все помню. Гера каждое утро провожает меня на работу, сюда, в магазин. Мы начинаем работать в восемь часов утра.

— Значит, с утра Георгий был здесь с вами? – уточнила я.

— Да, да, – закивала Светлана. – Можете спросить у моей сменщицы, она тоже подтвердит. Ларис, иди сюда, – позвала она вторую продавщицу.

— Что такое? Что случилось? – спросила подошедшая Лариса.

— Лариса, – обратилась я к ней. – Скажите, два дня назад приятель Светланы был здесь в утреннее время? Примерно часов с девяти.

— Да он даже раньше девяти здесь был. Как раз к открытию они со Светой пришли, – ответила Лариса.

Я кивнула и вышла на улицу. Собственно, ничего нового я так и не узнала о том, кто мог быть убийцей Елизаветы Александровской. Но, по крайней мере, выяснилось, что подслушать телефонный разговор Георгия и Елизаветы здесь вряд ли могли.

Я села в машину и поехала на кладбище. Ведь, как правило, убийца довольно часто приходит на место последнего упокоения своей жертвы. Или же посещает непосредственно то место, где было совершено преступление. По какой же причине жертва так притягивает к себе своего палача? Я много раз задавала себе этот вопрос. Может ли быть такое, что тот, кто отнял жизнь, вдруг почувствовал угрызения совести или даже раскаялся? Нет, это вряд ли. А вот отпраздновать свое торжество, придя на кладбище и наблюдая за скорбными лицами провожающих в последний путь, – такое объяснение будет, пожалуй, наиболее верным.

Я встала немного в стороне от довольно внушительного количества людей, которые собрались у свежевырытой могилы. Сейчас мне необходимо было сосредоточиться и довериться своей интуиции, ведь она меня еще ни разу не подводила. Моя «чуйка», как и двенадцатигранники, всегда подсказывала мне правильные решения.

Вот и сейчас, в случае если убийца Елизаветы Александровской заявится на кладбище, я была убеждена, что мне удастся его определить. Но как это сделать, если я не знаю, кто это: мужчина или женщина и как он или она выглядит. Придется быть очень внимательной и наблюдать за всеми, кто собрался около металлического ограждения могилы. Бывает так, что преступник зачастую выдает себя необычным поведением или случайно вырвавшейся фразой.

Я оглядела собравшихся людей. Большинство из них мне были, естественно, незнакомы. Но я сразу же узнала Владислава Геннадьевича, Иллариона, Анастасию Николаевну, Игоря Анатольевича, Валентину, а также коллег Елизаветы: начальника КРУ Валентина Леонидовича Ксенофонтова и Валерию.

Некоторым особняком держалась небольшая группа нищих. Они, как правило, приходят на кладбище за подаянием и стоят обособленно. Вроде бы никого подозрительного нет. Я подошла к Владиславу Черноземельникову.

— Владислав Геннадьевич, – окликнула я владельца строительной компании.

— А-а, Татьяна Александровна.

Мужчина подошел ко мне.

— Еще раз мои соболезнования, – сказала я.

Черноземельников едва заметно кивнул.

— Владислав Геннадьевич, скажите, вам известен Георгий Толоконников? – спросила я.

Черноземельников вдруг изменился в лице и со злостью в голосе спросил:

— Где он? Где этот негодяй?