Книга Смертельное лекарство, страница 14 – Марина Серова

— По телевизору меня часто показывали одно время. Я, можно сказать, достопримечательность нашей области — последний политзек.

Тут меня осенило:

— Так вы — Александров?

— Он самый.

— А почему же вы здесь, а не в областном центре?

— Удалился от суеты мирской и наслаждаюсь покоем.

— А работаете где?

— В котельной здешней школы. Тепло детишкам даю. Да еще в больнице тем же занимаюсь по совместительству. А вы, я полагаю, работаете в органах дознания и следствия?

— Вот и не угадали, — буркнул Илья, недовольный тем, что наша легенда была так легко разгадана. — Мы совсем по другому ведомству.

— По тому, не по тому, а соседями интересуетесь.

— Скажите, а до нас ими уже интересовались? — осторожно спросила я.

— Как же, интересовались, — ответил знаменитый в прошлом хранитель запрещенной литературы, а ныне истопник. — Ходили тут разные.

— Из органов? — прямо спросила я.

— Ну нет, к органам они никакого отношения не имели, — заявил наш собеседник. — Скорее к конкурентам. Вы первые, кто на милицейских похож, или, точнее, на гэбистов, — приемы у вас потоньше.

— А вы, как видно, никого не боитесь, раз так откровенно с нами беседуете! — довольно зло произнес Илья, которого хозяин почему-то раздражал.

— Вы, молодой человек, абсолютно правы, — ничуть не обидевшись на злой тон, ответил хозяин. — Я действительно никого и ничего не боюсь. Ни потери имущества этого (он обвел рукой сени), ни смерти. В чужие дела, как уже сказано, не лезу, секретов не выведываю и не выдаю. Ну, полагаю, наша беседа подошла к концу. Квартирантов в вашем лице мне, я так понимаю, не видать.

Когда мы оказались на улице, я спросила Илью:

— Чего ты на него взъелся? Прямо волком смотрел.

— Не люблю юродивых. Человек может работать на интересной работе, жить по-людски — я знаю, что его приглашали и в нашу газету, и в другие, — а он, видите ли, работает истопником и живет в Павловске рядом с бандитами. Да еще разговаривает с нами, словно какой-то мудрец!

— Каждый имеет право жить так, как хочет. Во всяком случае, мы от него узнали немало нужной информации. Во-первых, что дом бандитский. Во-вторых, что ими кто-то интересовался.

— Да уж, прорва информации. Скажи лучше, что дальше делать будем?

— Дальше? Думаю… думаю, мне срочно необходимо подкрасить губы.

С этими словами я достала из сумочки зеркальце и помаду и принялась прихорашиваться.

Илья с недоумением уставился на меня:

— Ты что, собралась кого-то совращать?

— Угу, может быть… Ты, главное, не оборачивайся.

— А что такое?

— А то, что к нашему домику машина подъехала. Ага, вот ворота открываются. А мне очень хочется посмотреть, что там, за воротами.

За моей спиной взревел мотор, затем раздался металлический лязг. Массивные ворота распахнулись, впуская тяжело груженную машину, и затем закрылись. На секунду я увидела в зеркальце внутренность двора, охранника, бросившего внимательный взгляд в нашу сторону, — и снова глухая стена скрыла двор.

— Ну вот, теперь не спеша пойдем отсюда и больше сюда — во всяком случае днем — не покажемся, — сказала я, беря своего спутника под локоть.

Как мои слова, так и действия крайне удивили Илью — он знал, что я терпеть не могу прогуливаться под руку.

— Что с тобой? Устала?

— Да нет. Просто нас с тобой отметили. И возможно, продолжают наблюдать. Так что до первого поворота будь добр разыгрывать роль заботливого супруга.