Книга Смерть антиквара, страница 83 – Марина Серова

Володя побарабанил пальцами по столу.

— Скажите, а как вы собирались вывезти драгоценности из страны? Вам ведь известно, что просто так в чемодане или сумке их не провезешь.

— Разумеется. Я спросил Владимира об этом, он сказал, что все документы готовы и после совершения сделки он передаст их мне.

«Интересно, а эти самые документы Сажин тоже у Лося заказывал? Или сам на компьютере сляпал, а потом, опять же у Лося, поставил нужную печать. Впрочем, это уже и не так важно, ибо сделка накрылась медным тазом. Да и потом, драгоценности-то старинные, это невооруженным глазом видно, наверняка на любой таможне заинтересовались бы».

Киря задал французскому издателю еще несколько небольших вопросов и посмотрел на меня.

— Таня, у тебя есть вопросы к господину Елизарову?

— Есть.

— Тогда – прошу.

— Господин Елизаров, я хотела бы вас кое о чем спросить.

— А вы тоже работаете в полиции? – обернулся ко мне мужчина.

— Нет. Я частный детектив, расследую преступление, в котором подозревается Андрей, помощник Владимира.

— О, – удивился Елизарофф. – Он совершил преступление? Какое?

— Я отвечу на ваши вопросы, но сначала задам свои. Согласны?

— Конечно-конечно. – Француз улыбнулся и изобразил полупоклон. – Желание дамы – закон.

Я невольно улыбнулась. У нас в обществе есть выражение «человек старой закалки». Нечто вроде того можно сказать и об этом учтивом господине (в рамках его менталитета, конечно).

— Скажите, господин Елизаров…

— Можно просто Серж.

— Хорошо. Скажите, Серж, когда ваши предки уехали из России во Францию после революции, кто-нибудь из вашей семьи остался здесь?

Мужчина слегка призадумался.

— Да, – немного помолчав, сказал он. – Младший брат моего дедушки остался здесь. Как говорила бабушка, он отказался уехать, потому что не хотел покидать родную землю.

— Вы не знаете его дальнейшую судьбу?

— Нет. Дедушка пытался узнать, даже писал письма в Россию, но ответа не было. И возможности приехать тоже.

Само собой. Были, конечно, репатрианты из дворян, кто приехал в Советский Союз, но, видимо, Елизарова в их числе не было. А уж приехать как туристу было весьма проблематично, если не сказать невозможно. И это не говоря уж о письмах. Во-первых, они запросто могли не дойти до адресата, а во‐вторых, не факт, что младший брат дедушки Сержа и впрямь не поменял свои документы на другое имя или фамилию и не уехал куда подальше от родных мест.

— Мой отец, – продолжал Елизарофф, – тоже попытался отыскать своего дядю сорок лет назад.

— Но тоже потерпел неудачу.

— Да.

— А вы не спрашивали у Владимира, как ваши фамильные драгоценности могли оказаться у той семьи, у которой вы хотели их купить?

— Нет. Но хотел. Я надеюсь, что узнаю это.

«Узнаешь, Серж, узнаешь. Если Лаптева была твоей родственницей. Или знала твоих родственников».

— У меня все.

— А теперь я могу задать свои вопросы?

— Пожалуйста.

— В каком преступлении обвиняют Андрэ?

— Не обвиняют. Пока подозревают. Видите ли, Серж, Владимир не смог прийти на встречу с вами, потому что его убили. И, возможно, это был Андрей.

— Боже… – Мужчина покачал головой. – Это ужасно. А ведь Андрэ не кажется человеком, который может убить. Он, как у вас говорят… – Он защелкал пальцами, пытаясь подобрать нужное слово.

— Хитрый, скользкий.