Книга Поиграли и хватит, страница 52 – Марина Серова

— Илюша, давай ближе к делу, а то у твоих корректоров уши отвалятся.

— Ладно, читаю — тут всего-то тридцать строк. Не знаю, из-за чего они все взбесились. Это в номере за пятнадцатое июня. Называется «Мирный» заказ тарасовской оборонке, «мирный» в кавычках. Рубрика «Сенсация». «Как стало известно из достоверного источника, на ПО „Конус“ завершаются работы над грандиозным проектом, который известен под кодовым названием „Заказ 01“. Что скрывается под этим шифром — тайна сия велика есть: все работы по „ноль-первому“ ведутся в обстановке строжайшей секретности. Однако тот же источник утверждает: если у российской космонавтики есть будущее — то оно связано именно с грандиозным научно-техническим достижением, которое вызревает в недрах КБ „Конуса“. (Ведущий инженер проекта — и. о. главного инженера предприятия кандидат технических наук Л. А. Вингер.) В частности, осуществление этого проекта, который специалисты уже окрестили „космической сенсацией XXI века“, позволит не только продлить срок службы нашей орбитальной космической станции „Мир“ как минимум еще лет на тридцать, но и оснастить ее суперсовременными технологиями космических исследований. Словом, если „Заказ 01“ станет реальностью, то международная станция „Альфа“, которая находится сейчас лишь в начальной стадии строительства, в сравнении с „Миром“ будет простеньким детским конструктором — правда, стоимостью в миллиарды долларов. В какую сумму оценивается наш проект, узнать не удалось…»

«Вот еще б тебе это надо было узнать да всем разболтать!» — чертыхнулась я про себя на неизвестного борзописца.

— «…Однако источник утверждает, что сумма эта — даже в условиях нынешней кризисной России — вполне реальна. Во всяком случае, новое правительство страны, кажется, имеет твердые намерения ее изыскать. Хочется верить не только в счастливую судьбу отечественной космонавтики, но и в будущее одного из лидеров тарасовской оборонки — ПО „Конус“, для коллектива которого выполнение „ноль-первого заказа“ означает прежде всего работу и зарплату». Фу, конец цитаты. — Илья перевел дух.

— Лихо. И ты еще удивляешься, из-за чего «они» взбесились! Кто это сочинил?

— Да есть тут один деятель. В отделе информации. Теща у него на «Конусе»… полы моет.

— Это и есть его «достоверный источник»?

— Ну да. Но самое интересное, что процентов на восемьдесят все правда, представляешь? Ну, если отсечь журналистские выкрутасы вроде детского конструктора.

— Вот тебе и «обстановка строжайшей секретности»…

— Ага. А журналисты виноваты. Всегда мы! Ну ладно: разобрались, стружку с кого надо сняли, так что инцидент можно считать исчерпанным.

«Хорошо бы, если б так!» — подумала я.

— Татьяна! А у тебя там ничего интересненького для меня нет? С чего это ты вдруг «Конусом» заинтересовалась?

— Да так. Думаю — не устроиться ли в КБ к Вингеру, следить за соблюдением «строжайшей секретности». Если урву где— нибудь какой-никакой секрет — обязательно с тобой поделюсь. Спасибо, Илюша, с меня причитается.

— Ну-ну, бывай.

Я положила трубку. Материала для раздумий все прибывало и прибывало.

Стало быть, пятнадцатое июня. То есть вся моя африканская компания была еще здесь и в полном составе. Впрочем, какое это имеет значение: если кто-то из них охотится за «ноль-первым заказом», то у него, разумеется, есть источник понадежнее журналистской тещи-поломойки. Да если все, что прочитал мне Илья, является правдой даже не на восемьдесят, а хотя бы процентов на тридцать, то все уважающие себя разведки мира наверняка уже отпихивают друг друга локтями в надежде заполучить нашу государственную тайну!