Книга Полеты над пропастью, страница 35 – Марина Серова

— Ох, как же это все тяжело, – вздохнула женщина с кудрями. – А вот у моей тети был самый настоящий психоз. Сначала она отказывалась пить и есть, говорила: «Вы меня хотите отравить». Потом начала рвать на себе одежду и постельное белье. Знаете, какая сила у таких больных? С виду они такие тщедушные, а силища прям исполинская! Потом, правда, удалось привести ее в относительно вменяемое состояние помощью нейролептиков. Но подобные лекарства – это тоже палка о двух концах. Тетя больше не рвалась, не металась, зато стала такая заторможенная, целый день спала.

— Лучше, наверное, чтобы спала. Вот у нашей соседки мать все время пыталась убежать из дома, собирала свои вещи в узлы и кидала их в окно. И при этом кричала так, что окна дрожали. А потом сутки спала. Просыпалась, и все начиналось сначала. Бедная ее дочь только и делала, что караулила свою мамашу. Никуда не могла отлучиться, ни на дачу, ни внуков проведать.

— Какой кошмар! Самое страшное, что ведь никто не застрахован от такой болезни! Я думаю, что самим больным не так тяжело, ведь они уже ничего практически не соображают. Гораздо тяжелее их родственникам.

— Да, вы правы.

Я слушала беседу женщин и продумывала свой план. В конце концов, я решила, что подойду сейчас к «Справке» и начну разговор, а там видно будет. Возможно, что импровизация в данном случае – это то, что надо. Только вот к какому окну подойти? К девушке или к женщине?

Пока я думала, женщина встала со своего места и вышла. Значит, обращусь в девушке.

Я подошла к «Справке». Лилиана о чем-то беседовала по телефону.

— Нет, Арин, я… Представляешь, только неделю в дурке работаю. А впечатление такое, что как будто уже сто лет! Ваще дурдом реальный! Что? А, нет, я на ресепшен сижу, да… Больно надо! Нет, в отделение я не перейду ни за какие коврижки! Еще чё! Нет, меня, когда дядька сюда устраивал, я сразу сказала, что конкретно с психами я иметь дела не буду! Да… Так, понимаешь, у них тут типа карусель, ну, когда все по очереди работают, то в отделении, то на ресепшен… Но я в отделение ни ногой, да… Я уже так про себя и решила… Сразу уволюсь к чертовой бабушке! Чё? Ну, ты деловая такая, зачем сюда устроилась! А куда же мне было еще устраиваться-то? Ну, ладно… Ты-то как?

В этот момент Лилиана подняла глаза из-под густо накрашенных ресниц и посмотрела наконец-то на меня.

Я тут же этим воспользовалась.

— Скажите, пожалуйста, – обратилась я к ней, – как мне пройти к Изольде Прикладниковской?

— Чё? – Девушка недоуменно и недовольно посмотрела на меня.

Странно, я вообще-то четко и достаточно громко задала свой вопрос. Или это собеседнице Лилианы удалось перекричать меня?

Я еще раз спросила, в какой палате находится Прикладниковская.

— Какая палата? – переспросила Лилиана. – Так это не ко мне, я не по палатам. Вот вернется Анастасия, у нее и спрашивайте.

И Лилиана вернулась к прерванному мной разговору. Мне пришлось ждать минут сорок, так как Анастасия все не возвращалась. Наконец в конце коридора показалась вторая сотрудница ресепшен и села на свое место.

— Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, как мне пройти к Изольде Прикладниковской? – спросила я Анастасию.

— Палата какая? – коротко спросила она.

Интересно, откуда я знаю, в какой палате лежит Изольда, если я с этим вопросом обращаюсь в «Справку»? Если бы я знала, то не стала бы терять время.