Книга Ловушка для дурака, страница 72 – Марина Серова

Он немедленно изобразил возмущение:

— А спать мне как?

— Ну я не знаю. Пойди к лечащему, пусть рецепт выпишет, получишь что-то на замену. А так я тебе что предложу? Есть разве из незарегистрированного, но за действие тебе не поручусь, не знаю.

— Картинку пришлешь?

— Пришлю, только сам понимаешь…

— Само собой, само собой, – нетерпеливо заверил Максим, – давай скорее, времени нет.

Он снова чувствовал себя вполне посвежевшим, хладнокровным, с чистой головой, готовым к дальнейшим свершениям. Правда, анализ всех доступных на сегодня счетов показал картину поистине катастрофическую. Денег, можно сказать, что нет.

«Вечно эта Катька, – подумал Максим отвлеченно, как о посторонних, – вот что бы не согласиться сразу, когда были деньги. Отговорки, проволочки…»

Беда в том, что он ее любит, на самом деле, и даже – как ни смешно это звучит, – полюбил с первого же взгляда, и случилось это давно. И это непонятное, недостойное мыслящего человека чувство пронес не только через мирные времена, но и вполне реальную войну, на которую отправился добровольно и которую бы не покинул, если бы не ранение. Лучше сразу, без греха, под минами, под чужим, низким небом, где все созвездия расположены не по-нашему, чем постепенно чахнуть от осознания того, что близок локоть по имени «Катя», да не укусишь. Такой у него был характер: все, что он желал, должен был получить. Даже если потом эта ценность окажется ненужной.

«Катя! Катя, солнышко мое, все в тебе хорошо, мозгов бы тебе еще! Какого лешего тебе надо? Чего ты ждешь? А то ты не знаешь, что я единственный, кому ты нужна на этом свете, что кроме тебя никого не люблю?» – на этом пассаже остатки совести все-таки заставили застесняться, но он с ними быстро договорился:

«А бабы, что бабы. Я ж разве виноват, что нет возможности по-другому на жизнь заработать? Ну уродился я таким, все мне сразу подавай. Так они и не против. И каждая по себе должна знать: если женщина хочет чего, то ей тоже вынь да положь… что хотят, то и получают, меня то есть… Все, к черту!»

Накрепко запретив себе думать в эту сторону, он принялся подводить неутешительный баланс. Все предприятия, в которые он вкладывал «заработок», которые так тщательно выбирал, лопнули, и все деньги утекли в чьи-то бездонные карманы. От всего великолепия, накопленного по итогам «операций» с чужими квартирами, жизнями, счетами, осталось не более двухсот тысяч в рублях.

Ну, конечно, в серьезное дело с этим не вложиться. И времени маловато, сам ведь назначил тридцать дней, надо отвечать за свои слова.

Вывод напрашивался сам собой, даже два: довести до логического конца дело с Маргаритой (что, как уже становится абсолютно ясно, небезопасно для здоровья, физического и психического) или срочно искать другие варианты.

А где их искать? Отправляться, положившись на удачу, обратно в Москву или иной культурный центр… сомнительная идея, особенно с учетом стесненных финансов и, как ни крути, все более усиливающимся контролем за всем. С имеющимися паспортами не так-то просто будет там функционировать, тем более с момента добычи каждого прошло немало времени, не исключено, что Рубцов и Корниенко все-таки хватились пропажи. Хотя по их внешнему виду и привычкам выпивать со случайными попутчиками трудно предположить, что они внимательно относятся к документам.