Книга Ловушка для дурака, страница 63 – Марина Серова

— Промывали, капельницы ставили, возможно, и успокоительные кололи.

Здоров бугай, ничего не скажешь, и при всем этом умудрился свалить и пропасть в неизвестном направлении. Все интереснее наблюдать за его изменениями.

Киря, который вскоре вышел на связь, прибавил загибов в интригу:

— Старушка, ну чего, перед нами, по ходу, гений конспирации, не иначе. Особо ничем порадовать не могу.

— То есть? – переспросила я. – Человек-то такой есть в центральном адресном бюро?

— Есть, – не стал отпираться честный полковник, – только последняя отметка о регистрации – более пяти лет назад, к тому же в общаге.

— Эва как. Здесь у нас?

— Нет, в студгородке Авиационного универа, в Москве.

— Ну а по данным военного учета? – спросила я, вспомнив о татуировке про нас и тишину.

— Пусто. Или вообще не служил, или, что тоже не исключено, спецвойска. Запрос сделать можно, конечно, если очень надо.

Подумав, я решила, что ни к чему это.

— Ну, психоневрологический, наркологический – чисто?

— Кристально.

— Судимости?

— Нет данных.

Так вот ты какой, призрак Тарасова.

— Ладно. Слушай, а по Яворской-то как, есть что новое?

— Ну так как-то не особо. Подтвердилась версия о том, что превысила рекомендуемую дозу снотворного, что наложилось на сердечную недостаточность вследствие перенесенного ковида, анорексии и табакокурения, ну и нездорового образа жизни. При этом основная медкарта девственно-чиста.

— По экстрасенсам-целителям ходила?

— Должно быть. Нашел биотехнолога-психолога, которого она посещала. Нормальный, вменяемый, неоднократно ей намекал, что пора бы к психиатру, поскольку налицо нарождающийся маниакально-депрессивный психоз, но на учете в диспансере не состояла.

— А выписывал ей что?

— Он-то – ничего, кроме растительных седативных.

— А как сильнодействующее-то добывала?

— Кто ж его знает? Скорее всего, у кого-то левым образом брала, старушенции и пациенты психушек часто перепродают, особенно весной и осенью.

— Понятно, – ладно, это все увлекательно, но к делу не пришьешь. Займемся более осязаемыми вещами.

— А с деньгами-то как, ничего не выяснилось?

Киря оживился:

— С деньгами интереснее. Начнем с того, что гро́ши у нашей борчихи против всех водились, и немалые.

— Какая неожиданность.

— Ну да. Правда, как я тебе и говорил, она их размещала по-хитрому, распихивала по знакомым, что ли. Или знакомые открывали счета и предоставляли ей доступ, карты.

— Почему ты так думаешь?

— Ну хотя бы потому, что она частенько переводила средства на какие-то левые имена. Например, Сергей Владимирович Р., Алексей Антонович К. Вот в день кончины тоже сняла большую часть с собственной карты, в банкомате на площади Юности, около часу ночи…

— Видео не смотрел? – быстро спросила я. Понимаю, что это дело не быстрое, сложная система запросов и отношений, но мало ли.

— Смотрел, – по голосу Кири было слышно, как он ухмыляется, – пустота. Кроме самой бабки, вокруг никого.

— Отлично.

— Кому как. При осмотре квартиры кое-что нашли, но именно такой суммы не нашли. И еще в тот же день имела место крупная транзакция, на имя как раз Алексея Антоновича К.

— И банк не заблокировал, не задал вопросов?

— Ему-то это к чему? Правила дистанционного обслуживания соблюдены, а если что не так, то пусть сама Яворская и жалуется.