Книга Загадка жертвы, страница 63 – Марина Серова

Все время, пока я говорила, Виталия сидела, угрюмо уставившись на свою ногу и время от времени морщась от боли.

— Мне нужно «Скорую помощь» вызвать, – глухо сказала она и посмотрела на меня. – А ту лапшу, которую ты тут мне на уши вешаешь, всю еще доказать нужно.

— Прямо-таки и всю? – спросила я ехидно и явно игнорируя ее просьбу о вызове «Скорой помощи».

— Ну, – немного пораздумав, уточнила Виталия-Галина, – хотя бы то, что я была в квартире этого Вишневского и украла у него картину.

Я молча открыла сумочку, которая так и болталась у меня все это беспокойное время погони через плечо, и достала оттуда салфеточку с заветной уликой – золотым ромбиком от браслетика. Сам же браслетик я приметила у Виталии на руке еще в тот момент, когда «помогала» вытащить ей чемоданчик. Судя по всему, браслет был девушке великоват, и она закрепила его на руке таким образом, что несколько звеньев оказались свободно свисающими. Вот одно из таких свободных звеньев, по всей видимости, обломилось в квартире Вишневского и упало на пороге.

— За что он там зацепился-то? – поинтересовалась я у Виталии, поднося одной рукой к ней улику, чтобы она ее рассмотрела, а другой, ухвативши ее за руку, на которой и был злополучный браслет. – За раму картины, а?

Девушка дернулась и, вырвав руку, сначала попыталась сдернуть вещицу с запястья, но я ей этого не позволила, и тогда она нагло и зло процедила:

— А ты докажи сначала, что это от моего браслетика звено! Мало ли таких браслетов в Питере?

— Доказывать этот факт буду не я, а полиция, которой я тебя сдам. Там много разных способов это узнать – и место облома через микроскоп посмотрят, и сравнят, и отпечатки пальчиков найдут…

— Полиция? А ты что, не оттуда, что ли? – опешила Виталия.

— А вот в этом тебе повезло, красавица, – торжественно объявила я. – Я всего-навсего частный детектив, которого наняли найти ту самую украденную картину. И тебе лучше будет сотрудничать со мной и рассказать мне все, как есть, честно и непредвзято, чем отправиться в тюрьму и оттуда по этапу, – я махнула рукой, – сама знаешь куда. И мало того, – продолжила я, повысив голос и не давая Виталии вставить хотя бы слово, – что тебе впаяют кражу картины у местного художника и воровство в этой вот квартирке… – Я покивала, выражая свое сочувствие девице. – Так ведь еще и кражу уникального этюда знаменитого русского художника Саврасова из частной коллекции в Москве тебе тоже придется как-то объяснять в органах власти.

— Какой-такой уникальной картины? – Глаза у Виталии стали с блюдце, и она начала заикаться. – В Москве? Не была я ни в какой Москве! Не знаю я никакого Саврасова!

— Как так – не знаешь?! – Я делано-испуганно посмотрела на Виталию. – Ты мне еще скажи, что ты и в школе никогда не училась! Не знать Алексея Саврасова! – Я осуждающе покачала головой. – Скажешь еще, что ты и сочинение по его картине «Грачи прилетели» не писала в четвертом классе?

— А-а, так это тот самый… – начала припоминать Виталия. – Нет, – вдруг испуганно заговорила она, – я его картины, или чего там – этюда, не воровала и даже не знаю, как он выглядит. Чего не было, того не было.

— Ну, может быть, ты и не знала, – произнесла я, делая вид, будто задумалась над ее словами. – Но вот беда! Доказать-то ты этого не можешь, а тут – факты налицо.