Книга Загадка жертвы, страница 35 – Марина Серова

Прежде чем мы с Вишневским отправились обедать, я ненадолго остановила его на выходе из кабинета и быстро прошептала:

— После обеда расскажите Василисе о том, где вы пропадали этой ночью. – Перехватив его негодующий взгляд, я быстро добавила: – Необязательно рассказывать ей все подробности и уж, конечно же, опустите все ваши… – я саркастически усмехнулась, – ваши амурные мысли и мечты в отношении этой Виталии. В конце концов, изменить жене вам не представилась возможность. Но суть все равно придется рассказать. И еще мой вам совет – расскажите ей о картине. Она, я думаю, имеет право честно узнать, во что вы ее втянули. Правда, – немного смягчилась я, видя, что Алик готов вот-вот разрыдаться, – это не совсем ваша вина. Вы, я так понимаю, хотели, наоборот, защитить ее от этих бандюг. Вот и используйте это как аргумент. Я знаю Ваську – она добрая, она все поймет. А будете скрывать…

Я не договорила и подтолкнула Алика к кухонной двери. И так все ясно, чем обернется для него его скрытность.

Обедали мы в глубоком молчании. Васька дулась, я вся ушла в размышления по поводу предстоящих мне шагов в дальнейшем расследовании, Алик тоже был поглощен своими унылыми мыслями. И только Перси был единственным, кто искренне был рад находиться в нашей невеселой компании, и с умильно-просящим видом сидел рядом со столом в ожидании нечаянной подачки.

После обеда я сказала, что мне нужно немного подумать и решить, что предпринять дальше. А потом удалилась к себе в комнату, прихватив с согласия Василисы с собой чашку кофе.

Кофе я выпила в задумчивости и, в конце концов, все же определилась с планом действий. Но прежде чем выйти и заявить хозяевам квартиры, что я от них хочу и как мы будем действовать дальше, я все-таки не удержалась и кинула кости.

Выпали 30 + 15 + 8, а это говорило о том, что мне «откроются неизвестные ранее факты».

Я невольно усмехнулась – конечно, откроются, куда они от меня денутся. Расследование только началось.

Когда я принесла пустую чашку на кухню, там никого не было.

«Наверняка Алик начал давать показания», – усмехнулась я про себя и решила подождать Василису на кухне, а заодно и выпить еще чашечку кофе.

Васька вошла в кухню через пять минут. Заплаканная, но решительная.

— Он тебе все рассказал? – спросила я ее, и она кивнула.

Убрав грязную посуду со стола в посудомоечную машину, она тоже налила себе кофе и решительно спросила:

— Итак, что мы будем теперь делать? – Она глянула на меня с видом бойца, готового прямо сейчас ринуться в бой за правое дело. – Ты ведь уже решила что-то?

— Да, я хотела попросить твоего Алика, чтобы он свел меня со своим сыном. Мне хотелось бы знать, где Игорек был вчера вечером и где провел ночь. В общем, узнать его алиби на время похищения картины.

— Я могу ему позвонить и спросить его об этом, – вполне серьезно отнеслась к моему заявлению Василиса.

— Нет, – решительно осадила я ее инициативу. – Ни тебе, ни Алику он правды не скажет, тут нужен кто-то чужой и, – я чуть улыбнулась, – более авторитетный.

— Авторитетный? – презрительно фыркнула Васька. – Да для Игорька авторитет – это деньги, и больше ничто и никто!

— Вот, я и попробую с ним договориться, – ответила я. – Но только сделать это нужно не по телефону, а в приватной, так сказать, беседе. И приехать к нему лучше всего неожиданно, без предупреждения. Так человека легче застать врасплох и вызвать на откровение. Или, по крайней мере, понаблюдать за ним на предмет того, есть ли у него что скрывать и врет ли он во время разговора или говорит правду.