Книга Закон бумеранга, страница 37 – Марина Серова

— К родителям ездила, – несколько недоуменно ответила Ева. – Я после поступления в вуз съехала от них, чтобы самостоятельно жить. Давно не виделись, вот и решили встретиться.

— Понятно, – вздохнув, ответила я. – Спасибо за разговор. Больше вас не задерживаю.

И я ушла, но чувствовала недоуменный взгляд Евы на себе.

Обидно было немного, такая хорошая версия была и рассыпалась: Ева затаила обиду на Лизу, потому что она старалась и училась, а той все преподносили в клювике, и, как сама Ева верно заметила, для тринадцатилетнего ребенка смена школы может быть стрессом (все-таки новое помещение, новые правила, новые учителя и одноклассники, тесты для проверки знаний нужно сдавать), все приходилось начинать заново. А Лиза еще после своей свадьбы нахамила Еве за фотографии, вот она и решила отомстить обидчице за все – и за конкурс, и за хамство. Но алиби Евы и ее слова про ребенка Лизы говорили, что она совершенно ни при чем.

Значит, мне придется начинать заново.

— Впрочем, надежда остается на институт, где училась Лиза, – сказала я Кирьянову, уведомляя его о своих планах.

— Окей. А я выясню у родителей Евы, правду ли она говорит, что была с ними в тот вечер, когда Лизу толкнули, – сказал мой товарищ.

— И, Володь, на всякий случай уточни у наших пострадавших женщин, ходили ли они в копировальный центр «Красочно», который расположен на перекрестке Колхозников, и конфликтовали ли они с Евой – она с рыжими кудряшками и веснушками на щеках, голос немножко хриплый и мальчишеский, – сказала я.

— Хорошо, уточним, – ответил Кирьянов.

И я поехала в институт.

Институт филологии и лингвистики – большое старинное здание, возможно, построенное в девятнадцатом веке и отреставрированное недавно.

Когда я вошла в здание, охранник на контрольно-пропускном пункте, как в школе № 23, был удивлен, что к ним институт частный детектив пожаловал, но пропустил меня тем не менее. Я отправилась в учебный офис.

— Добрый день, – поздоровалась я с двумя сотрудницами, которые проверяли документы, и показала удостоверение. – Татьяна Иванова, частный детектив. У меня будет к вам просьба. Вы не могли бы показать информацию о Смазовой Елизавете Андреевне? А точнее, на каких программах она училась.

— Конечно, – одна из сотрудниц что-то пощелкала на своем компьютере, заработал принтер, и из него вылезла бумажка, ее сотрудница мне вручила. Это был индивидуальный учебный план Лизы, в котором были указаны номер потока, на котором Лиза училась, дисциплины, которые она изучала, и преподаватели, ведущие их.

Я стала бродить по коридорам университета, на дверях висели таблички либо с номером аудитории, либо с именем преподавателя, профессора, академика или заведующего кафедрой, поэтому найти нужных мне преподавателей было несложно.

Олег Семенович преподавал историю русской литературы у Лизы, я постучалась в его кабинет, зашла, когда услышала: «Войдите», и увидела, что преподаватель не один – еще несколько его коллег сидели с ним, что-то обсуждали за одним столом.

— Здравствуйте. Частный детектив Татьяна Иванова, – показала я удостоверение. – Кто из вас Олег Семенович?

— Я, – ответил мужчина сорока лет с бакенбардами.

— Я бы хотела поговорить о бывшей студентке, Смазовой Елизавете Андреевне, – сразу перешла я к делу.