Книга Как в индийском кино, страница 73 – Марина Серова

— Теперь я тоже так думаю, а тогда я сказала ей, что меня мать в дом не пустит. Ой, как же Вера на меня орала, шепотом, правда: «Дура! Тебе жизнь спасать надо! У меня тебя в два счета найдут, а Мичуринск твой родной город! Там у тебя одноклассницы, учителя, соседи! Найдешь, где переночевать. Пойдешь в милицию и напишешь заявление, что у тебя документы украли, так тебе их там мигом восстановят – это же твой город! И у матери половину жилплощади отсудишь, будет своя крыша над головой! А если нет, то действительно пойдешь на завод и в общежитие. Черт с ним со всем, главное, что жива будешь и на свободе!» Потом она подумала и сказала: «Иди к унитазу и два пальца в рот!» Я удивилась, зачем это, а она объяснила: «От тебя вонять будет, и этот гад решит, что ты залетела! А еще скажешь ему, что тебя уже несколько дней по утрам подташнивает. Пока они разберутся, что к чему, пока по врачам будешь ходить, у тебя время сбежать появится!» Ну я так и сделала.

— Получилось? – с интересом спросила я.

— Не совсем так, как мы планировали, – уже значительно более спокойным тоном ответила Алла. – Я к столу вернулась, и Женька сразу принюхиваться стал, а потом спросил, не отравилась ли я чем-нибудь. Ну, я ему и сказала, как Вера учила. Как же он разозлился, аж пятнами пошел! Все шипел сквозь зубы, что не могла я залететь. А я ему на это со страху сказала, что мы же все равно, мол, поженимся. Когда он это услышал, то просто озверел, обозвал меня, не буду повторять, как, и к барной стойке ушел, нервы, наверное, успокаивать. А я сижу и плачу, думаю, как же я могла так влипнуть и как мне теперь выкручиваться.

— Но ведь Вера подсказала вам как, – напомнила я.

— Понимаете, я начала бояться Назарова, – объяснила она.

— А у страха глаза велики, – понимающе заметила я.

— Вот именно. В общем, сижу я и тут слышу голос со стороны соседнего столика: «Девушка, у вас что-то случилось?» Я посмотрела туда, а тот мужчина смотрит на меня сочувственно, и глаза у него добрые и очень печальные. Сама не знаю, как это получилось, только я ему сказала: «А меня хотят в бордель продать». Он удивился и спрашивает: «И вы так спокойно об этом говорите?» А я ему в ответ, что ничего не могу с этим сделать, потому что у меня и документы отобрали, и денег у меня нет. И он, этот совершенно посторонний мне мужчина, тут же сотовый достал и сказал кому-то: «Дядя Гена, зайди сюда. Сейчас возьмешь одну девушку и отвезешь ее в безопасное место, сам знаешь куда. А потом я тебе объясню, что нужно будет сделать». Потом он телефон убрал и сказал мне, чтобы я за его столик пересаживалась, потому что его жена все равно на танцполе отрывается, а еще успокоил, пообещал, что никто меня не тронет.

— Это был Вадим Сергеевич? Я правильно поняла? – встрепенулась я.

— Да, это был Вадим, только имя его я узнала немного позже, а тогда я за его столик мухой перелетела, сижу, а у самой все поджилочки трясутся. Наверное, Назаров увидел все это от бара, подошел к нам, схватил меня за руку и потащил – дома, мол, разберемся. А Вадим ему на это совершенно спокойно сказал, что никуда я с ним не пойду и что лучше Назарову оставить меня в покое и отправляться своей дорогой. Женька прямо взбесился! Бутылку с нашего стола схватил и с размаху Вадима по голове ударил, тот кровью залился и сознание потерял. А Женька снова за меня уцепился и за собой тащит, а я в руку Вадима вцепилась и ору как резаная. Тут Вера подскочила и сзади вазой Женьку по голове огрела, только тому это, как слону дробина. Он к ней повернулся, а она ему тут же в лицо ногтями вцепилась. В зале визг, крик, мат…