Книга Как в индийском кино, страница 37 – Марина Серова

— Это я уже знаю, – остановила я ее. – Что дальше было?

— Жених-то с родителями переглянулся, и почти тут же они ушли, – продолжила она. – Жанна пыталась их остановить, да куда там! Только пятки сверкали! Ну а Лариса Ивановна за стол села и…

— Понятно. Теперь скажите мне, вы Михаила Ивановича знаете? – спросила я уже из чистого любопытства.

— Жил он здесь. Недолго, правда, – подтвердила она. – Я еще удивилась, как это она при живом-то муже. Но Михаил Иванович человек хороший был, уважительный. Никогда слова грубого не скажет. И с хозяйкой у них все было заладилось. Иван Степанович приходил с ним знакомиться, понравился он ему, на работу к себе взял…

— И Михаил Иванович тут же слинял? – язвительно спросила я.

— Да что вы! – всплеснула руками домработница. – Да что же вы на человека-то такого хорошего зря наговариваете? Просто пока он весь день с хозяйкой оставался, она не пила. Они в театр ходили, на концерты. А тут он работать начал, вечером поздно возвращался. Он придет, а она уже никакая. Он ее лечиться уговаривал, прямо-таки умолял, просил не пить, да какой толк? Добился только того, что она с ним скандалить начала, а потом вообще выгнала. Он потом еще несколько раз к ней приходил и помириться пытался, но ей словно шлея под хвост попала, прости господи! Он же вчера с Иваном Степановичем сюда приезжал, чтобы узнать, куда Вадим Сергеевич делся, так она и тут на него собак спустила. Михаил Иванович со мной поговорил и ушел, сказал, что в машине Ивана Степановича подождет.

— Ты чего здесь сплетни распускаешь? Вылететь решила? Да без рекомендаций? – раздался сзади грубый голос.

Я быстро повернулась на звук – да-а-а! Красавицей Жанну не назовешь, а уж ее кавказское происхождение было написано на лице крупными буквами. Мало того что ее физиономию украшал характерный нос, так еще над верхней губой пробивались черные усики. Получив мои разъяснения, что я занимаюсь поисками Вадима Сергеевича исключительно по просьбе ее деда, а отнюдь не тешу собственное любопытство, она несколько успокоилась и ушла.

— Вы Аглаю знаете? Она тут до вас работала, – продолжила спрашивать я.

— Конечно, – охотно подтвердила домработница. – Она же мне дела передавала и в курс вводила. Хорошая женщина, душевная и уж очень Вадима Сергеевича жалела, все просила, чтобы я к нему подобрее была, позаботливее. Она мне и телефон свой с адресом оставила, чтобы я ей в случае чего позвонить могла. Ну если вопросы какие-нибудь возникнут.

— Вы ей сообщили, что Вадим Сергеевич пропал? – тут же поинтересовалась я.

А что? Если у Аглаи и Смирнова были такие хорошие отношения, что он даже пригласил ее за своей матерью ухаживать, то сейчас вполне мог отсиживаться у нее.

— Звонила, – кивнула домработница. – И не раз. Только трубку там не берет никто.

— Вы мне напишите ее координаты, и я попробую сама с ней связаться, – попросила я. – Кстати, сколько ей лет?

— Да на пенсии уже! – махнула рукой она.

Домработница принялась искать, куда она дела листок с адресом, и тут на кухню разъяренной фурией влетела Лариса. Несмотря на обрюзгшее лицо и мешки под глазами, становилось ясно, что в молодости она была очень хороша. Как и предполагала консьержка, она уже много выпила.

— Ты какого черта здесь трешься? – заорала она.