Книга Девушки любят похолоднее, страница 85 – Марина Серова

Тем не менее через пару минут в кабинете собралась вся группа, причем вернулся и сам Максим, хотя я просила Оксану пригласить только девушек. Но я решила, что его присутствие не помешает: вдруг тоже что-то вспомнит.

Объяснив собравшимся, что некоторые факты свидетельствуют: у убийцы Светланы Измайловой был сообщник, имевший доступ в студию, я попросила девушек порыться в памяти и вспомнить, не заметили ли они что-нибудь особенное, привлекшего их внимание в дни, предшествовавшие убийству.

Включив диктофон, я положила его на стол и еще раз повторила вопросы:

— Пожалуйста, вспомните, как вы провели день и вечер 18 августа. Напомню, что это была пятница. Меня интересует все: появление незнакомых людей в помещении студии, необычное поведение знакомых, любые странности, события и действия, выходящие за рамки обыденного. Особенно меня интересуют те, кто заходил в кабинет Виталия, когда его там не было.

Первой откликнулась Гуля, которая сказала, что в пятницу был день рождения ее школьной подруги, она хорошо помнит этот день, но на студии ничего особенного ее внимание не привлекло.

Остальные девушки молчали. Я посмотрела на Женю Ножкину.

Та в ответ пожала плечами и полезла в карман за сотовым. Вынув телефон, она попереключала кнопки и сообщила:

— Восемнадцатого мне звонил Игорек, вечером мы были в «Олимпусе», домой я вернулась около двенадцати. Из посторонних никого в студии не видела.

Чтобы вновь не возникла пауза, я спросила Алину Светлову, не привлекло ли ее внимание что-нибудь особенное. Та сказала, что в пятницу вообще сюда не приходила.

— Я позвонила Виталию Александровичу и отпросилась. У меня были дела дома.

— А не могли бы вы уточнить, где провели этот день и вечер? – продолжала настаивать я.

— Не могла бы, – отрезала солистка.

Пришлось пообещать, что мы поговорим с Алиной отдельно. Но мои слова не произвели на нее особого впечатления. Что ж, положение звезды обязывает держаться соответственно, но мы и не таких на место ставили, поэтому я решила пока оставить девушку в покое, чтобы она расслабилась, и переключилась на Прянишину:

— А ты, Лена, что скажешь?

Девушка пожала плечами и ответила, что вообще не помнит, что делала и где была в пятницу.

— Но здесь-то ты была? – продолжала настаивать я.

— Я здесь почти каждый день бываю.

Мне не понравился такой обтекаемый ответ. С этой дамой придется познакомиться поближе.

— Ну, что ж, похоже, вы не хотите помочь своему руководителю выйти из изолятора временного содержания, – принялась я нагнетать атмосферу. – Вы еще не поняли, что он задержан, и если с него не будет снято обвинение, то под вопросом будет само существование вашей группы! Вы можете идти, но я еще раз прошу вас вспомнить дни накануне убийства, обстановку в студии и, если вы хоть чуточку благодарны Виталию Александровичу за то, что он для вас сделал, подумайте, как можете помочь ему.

— Лена, – обратилась я к Прянишиной, – а вас я все-таки попрошу остаться.

Придется признать, что девушка – хорошая артистка. Сколько негодования выражало лицо и даже поза, которую она приняла, присев напротив меня! Но я умею справляться с зазнайками, вообразившими себя центром Вселенной.

С разрешения Оксаны я села за стол Виталия, и это был еще один плюс в мою пользу: я заняла место руководителя и, хотела этого Елена или не хотела, это давало мне определенные преимущества даже на подсознательном уровне. А теперь пора пускать в ход мой главный козырь. Я протянула ей распечатки фото, пришедших на электронный адрес Манарова.