Книга Акции убийства, страница 73 – Марина Серова

— Подождите, вы что же, хотите сказать, что этот самый Григорий уже кого-то убивал? — спросила я.

— Да. Один раз он до смерти пощекотал ножичком одного чела. Потому как на дозу ему не хватало. Вот он и согласился на мокрое дело.

Да уж, колоритная фигура этот Григорий Решетников, ничего не скажешь. Естественно, что Георгий Красноруцкий выбрал Григория. Разумеется, сначала он все разузнал о Сыромятникове, ведь человеку с улицы не делают таких предложений. И только тогда, когда Георгию Красноруцкому стали известны такие подробности относительно того, на что способен наркоман Григорий Сыромятников, его, так сказать, деловые качества, только тогда он сделал свой выбор в его пользу.

Все это хорошо, но одно непонятно: ведь Григорий в отеле «Серебряная звезда» не появлялся в ту ночь, когда был убит Иннокентий Новостроевский. Или все-таки он там появлялся? Если эта Бэтти-Елизавета является, по словам Геннадия Решетникова, сестрой Григория, то она могла впустить своего брата в номер отеля. Могла, но зачем? Зачем он ей там был нужен, если отравить Иннокентия она была в состоянии и сама? Вот эта несостыковка непонятна.

Ясно только одно, а именно: о готовящемся убийстве Иннокентия Новостроевского знали только два человека. Это сам заказчик преступления — Георгий Красноруцкий и убийца, Григорий Сыромятников. И заказчик, и исполнитель, по существу, ничем особенно не рисковали. Ведь чем у́же круг посвященных, тем меньше риск. В данном же случае в готовящееся преступление были посвящены только законченный наркоман и изощренный в умении находить настоящих отморозков, способных на убийство, Георгий Красноруцкий.

Но как бы то ни было, выдать Георгия Красноруцкого как заказчика убийства Иннокентия Новостроевского, кроме Григория Сыромятникова, никто не сможет. Только вот вопрос: а согласится ли Григорий это сделать? Что-то очень сомнительно. Но сначала необходимо разыскать этого наркомана и препроводить в камеру предварительного заключения.

— Скажите, где проживает этот Григорий Сыромятников? — обратилась я к Геннадию.

— Да когда где, — расплывчато ответил Решетников.

— Как это понимать? У него, что же, нет постоянного места жительства? — удивилась я.

— Ну да, типа того, — кивнул Геннадий.

— А родственники у Григория имеются? Отец, мать? — продолжала я спрашивать наркодилера.

— Насчет отца не знаю, а мать имеется. Да только Гришка к ней почти и не заходит, так, раз в год, а то и реже. В основном он у Верки отирается. Или еще вот у Расула зависает.

— Кто это такие? И где проживают? — продолжала я допытываться.

— Верка? Или Расул? — невинным тоном спросил Геннадий.

— И та, и другой, — жестко заметила я и добавила: — Не прикидывайтесь, не прокатит.

— Да я что же… я ничего такого… я просто задумался, — начал юлить Геннадий Решетников. — Ну, Верка и Расул — они люди известные, их любой в Поливановке знает.

— Говорите точный адрес, где проживает и Верка, и Расул, — потребовала я.

— Адрес? — переспросил Геннадий. — Так я же не знаю адреса-то. Откуда мне знать? Я же говорю, что в Поливановке их…

— Я слышала, что в Поливановке их все знают. Но мне нужен точный адрес, понятно? — продолжала я напирать на Геннадия Решетникова.

Но парень вдруг неожиданно заартачился:

— Не знаю я точного адреса, я уже сказал, что сегодня Гришка здесь, а завтра — там. И вообще, я не подряжался быть вашим осведомителем. Я и так вам многое рассказал. А насчет адресов… вам лучше расспросить в своей конторе. Полиция регулярно к ним наведывается с проверками, так что…