Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 38 – Марина Серова

— Леля! Опять? Мало тебе Кондратова?

— А в чем дело? Можно на этот раз не взрывать, а устроить обыкновенный несчастный случай. Автомобильная авария или нападение хулиганов… Наверняка она по ночам одна ходит, сыщица. А деньги получим, расплатимся сразу за двоих.

— Ну что это! Ты какая-то стала… кровожадная. Просто будь аккуратна с ней, и все будет хорошо.

— Конечно. А если убрать ее, то все будет прекрасно!

— Я запрещаю снова ввязываться в убийства!

— Да? И с каких пор твой голос стал решающим?

— Леля, но пойми же ты, наконец… Впрочем, о чем я говорю! Ладно, езжай сейчас домой, сиди тихо. Я сам все скажу.

— Не забудь мое особое мнение, что эту слишком шуструю сыскарку надо убрать.

— Забудешь тут… Иди. И будь дома, никуда не ходи, никому не звони. Я вечером все расскажу.

— Почему только вечером? Позвони сразу.

— А тебе не приходит в голову, что эта, как ты выразилась, шустрая сыскарка, если уж на тебя нацелилась, вполне могла «жучка» на наш телефонный кабель посадить?

Андрей вопросительно взглянул на меня, я отрицательно покачала головой и развела руками – не такая уж я и шустрая, оказывается.

— А что, разве можно прямо на кабель, не заходя в дом? – наивно удивилась Косачева.

— Ох, Леля… Как финансовые документы крутить, тут у тебя светлая голова, а что касается обыкновенных, житейских вещей, тут ты, прости меня, дура дурой. Езжай домой, и я тебя прошу, хоть раз в жизни сделай, как я говорю.

Запись кончилась. Я выключила магнитофон.

— После этого она вернулась в машину и поехала прямо домой, нигде не останавливаясь. Во дворе тоже ни с кем не разговаривала, зашла сразу в подъезд. Так что, очевидно, раз в жизни она своего муженька послушалась. А правда, милый штрих, что «жучка» на телефонном кабеле Косачев считает житейской мелочью? В подъезде тоже никого не было, я потом заходила. Магнитофон прицепила на площадке, за трубой мусоропровода.

— А микрофон где?

— В сумочку воткнула.

Андрей недовольно скривился.

— Сама знаю, что не лучший вариант, а куда? Лето ведь, на ней сарафанчик такой, что туда с лишней булавкой не сунешься. Да, домой к себе она меня теперь не пустит, а жаль…

Дверь в палату открылась, и вошел Самойлов.

— Привет начальству! Таня, ты уже здесь? Вот и хорошо! – Витя прямо-таки бурлил весельем. Ярославцев, вошедший за ним, был привычно сдержан.

— Ничего себе «уже». Мы и поболтали, и пленочку прослушали. А что это ты такой довольный?

— С Шуриком твоим пообщался. Милейшее создание!

— Он не мой, он Андрея.

— Какие мелочи, Танюша, пусть будет Андрея. Короче, он очень уверенно опознал на фотороботе тех двоих, которые пили у него за упокой Барина, разве плохо?

— А не врет? – усомнилась я. – Этот богомольный бармен уж очень милиции боится. Кого та захочет, того он и узнает. И еще крест целовать будет.

— Это у Шурика есть, – согласился Андрей.

— На этот раз не врет, – стоял на своем Витя. – Есть подтверждение экспертизы.

— Эксперты проверяли, врет Шурик или нет, на детекторе лжи? – не смогла я удержаться. – А где приборчик достали, добрый дядя из Америки прислал?

— А шуточки твои, Татьяна, совершенно неуместны, – Витя сделал вид, что обиделся. – Мы только что получили официальную бумагу из лаборатории. Почерк у них ужасный, сплошные закорючки и понять ничего нельзя. Но мы с Венькой проявили настойчивость, упорство и еще что-то там такое, не помню что, и прочли. Так вот, эксперты сообщают, что машина Кондратова и синий «Москвич» взорваны одним типом взрывчатки, с применением одних и тех же детонаторов. В одной манере сработано.