Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 118 – Марина Серова

— А как же! Стас что, он, конечно, не дурак выпить, но дом и хозяйку всегда уважает. И потом – не для пьянки пьет, а для куражу. Самогону, может, две рюмки проглотит, а концерт потом на два часа закатит. Батя с ним помолодел просто. Так что если Стас в этом году захочет, то обязательно возьму. Я ему уже сказал, что родители звали. Батя в каждом письме привет передает.

— Ясно. А еще кого возил?

— Из нашего оркестра больше никого. В консерватории с одним парнем вместе учились, так он два раза на каникулы приезжал. Но сейчас он в Перми работает. А хочешь, поехали летом с нами? Хата большая, всем места хватит. Родители любят, когда в доме много народу.

— Почти уговорил, – согласилась я. – Ладно, теперь плавненько переходим к текущим событиям. Ты одиннадцатого, после концерта, к Князеву не заглядывал?

— Нет, зачем мне? Я от него подальше старался держаться. Не люблю, когда по пустякам цепляются. А ему, чтобы наорать на человека, и повода никакого не надо. Он как в том армейском анекдоте: «Почему в шапке? Почему без шапки?»

— А кого-нибудь видел, кто в кабинет заходил?

— Да я вообще в той стороне, где его кабинет, не был. Кончили играть, я виолончель в чехол и домой. В моем же доме еще две наши девчонки квартиру снимают, мы вместе и пошли. Знаю только, что Коля Маркин должен был к Князеву зайти.

— Откуда знаешь? Маркин сказал?

Что-то этот Маркин стал мне сегодня часто встречаться. Маркин ездил на Урал. Маркин хотел попасть на прииск. Маркин подружился с охранниками. И у него тенор – фамилия Маркина стоит третьей в списке, который дала мне Элен. Вот ведь как иногда все сходится. Помню, один профессор в институте нас, студентов, постоянно предупреждал: «Бойтесь, молодые люди, косвенных улик, они могут довести до тюрьмы совершенно невинного человека». Но я-то знала, что Маркин заходил к Князеву в пятнадцать минут десятого, после этого дирижера видели еще несколько человек…

— Он когда мимо нас проходил, буркнул Коле, злобно так, зайдешь, дескать, ко мне, разговор есть. Я сам слышал…

— Кто буркнул? – не поняла я. – Извини, я задумалась и что-то пропустила.

— Князев, он Маркину велел зайти, – терпеливо объяснил Леша. – Коля сразу к нему и пошел. Только Савченко его обогнал, на автобус спешил.

— Угу. Значит, Князев вызвал Маркина к себе. Зачем, интересно? – произнесла я вслух, а про себя ехидно добавила: «Неужели затем, чтобы Маркин отпросился у него с завтрашней репетиции?»

— Мало ли… – Леша смотрел на жизнь философски. – Он на Колю последнее время зуб точил. Что-то у них произошло на последних гастролях. Не знаю, что уж там Коля натворил, но взъелся на него Князев по-черному.

— На гастролях. Где?

— В Братиславе мы тогда были, на фестивале. А что? Это имеет значение?

— Не знаю. Леша, а где я могу сейчас Маркина найти?

— Представления не имею… – Леша пожал плечами. – В филармонии надо спросить, обычно они нас как-то находят.

— Значит, вернусь туда. А то я почти со всеми поговорила, а его как-то пропустила, – я решила не афишировать свой интерес к Маркину.

— О чем с ним разговаривать? – изумился Леша. – Он в оркестре бывает только от сих и до сих. Постоянно какие-то дела проворачивает, вечно у него деловые встречи, то он покупает, то продает что-то. Знаешь, даже на гастролях, куда бы мы ни приехали, хоть у нас, хоть за границей, обязательно у него деловые знакомые найдутся. А нашими оркестровыми проблемами он себе голову не забивает.