Книга Вождение за нос, страница 65 – Марина Серова

С другой стороны, риск дело благородное, а все абсолютно продумать на самом деле нереально.

Я продолжала внимательно изучать своего собеседника: лицо его как-то вдруг посерело и осунулось. А ведь я даже не упомянула, что Гробовский был убит, хотя это наверняка произвело бы еще большее потрясение.

Ожерельев отпил коньяка из рюмки и, не спеша, словно подбирая каждое слово, начал:

— Думаете, все так просто? Думаете, я во всем виноват? Вы просто не знаете того, что ищете, и не знаете, у кого ищете. Я такой же пострадавший, как и господин Штокингер… Откуда вам стало известно его имя?

— Думаю, что не обязана отвечать на подобные ваши вопросы. Продолжайте.

— Я понятия не имел, что статуэтка поддельная. С ней все было в порядке, когда я снимал ее для каталога. Так что могу сказать совершенно точно — у меня настоящей Мары нет и быть не может.

— Надо же? — изобразила удивление я. Поверить такому мог только идиот, а я не отношусь к категории людей с подобным диагнозом. — Тогда где она?

— Наверное, этот Груздев все перепутал, — тяжело выдохнул Ожерельев. — А может, и нет. С Гробовским никогда нельзя было иметь дела. Все, кто знал, каков он на самом деле, избегали сделок с ним. Таких подлецов еще поискать. За всю свою жизнь он продал одну или две подлинные вещи, да и то пока не научился изготавливать подделки. Ах, да что я вам рассказываю! Вы все равно не верите мне!

Отчаяние и безысходность, казалось, отпечатались на его лице. Между бровями отчетливо пролегла глубокая борозда, у глаз обострились морщины.

— Понимаете, я даже не посмотрел, что принес Георгий. Просто сразу же положил в футляр, после того как убрал свои отпечатки. Так что вы их не найдете. У меня имелись подозрения, когда Витольд был жив, что он готовил «куклу» оригиналу на замену. Но его смерть как будто расставила все по местам. Зря я надеялся…

— И что вы хотите этим сказать?

— Ничего. А чего говорить-то? Вы мне не верите. Сейчас, наверное, милицию позовете… — Произнося эти слова, Ожерельев выглядел совсем уныло, мне даже как-то жалко стало его.

— Ну, скажем, я сама себе милиция. И поскольку острой необходимости не возникало, никого вызывать не придется. А что касается вашей истории, то если говорить начистоту — ей поверит только ребенок. Посудите сами — вы нанимаете человека, который подменяет статуэтку, потом приглашаете гостя из Берлина, говоря ему, что все готово, и назначаете время встречи, потом ждете его в аэропорту… А сейчас рассказываете сказки, что не знали о подделке. Это просто смешно!

— Откуда вы про аэропорт знаете? Вы следили?

— Я частный детектив. Дедуктивный метод при желании можно, конечно, считать основой, но и наблюдение за объектом тоже немаловажное занятие, так что удивляться тут нечему.

— И все равно мне больше нечего рассказать. Я открылся полностью, пусть меня теперь даже посадят. Но я ничего уже не смогу добавить к тому, что уже говорил.

— Я бы не клялась и не зарекалась. Методы наших официальных властей таковы, что и мумию Тутанхамона разговорить смогут. Но лично я не советовала бы вам с ними знакомиться. Поверьте, это очень и очень неприятно. К тому же там работают патологически дотошные люди, которые не поленятся проверить абсолютно все. Вы этого хотите?

— Ничего я не хочу. Вы мне все равно не верите, и убедить… — Он осекся и уронил голову на руки, словно ему стало плохо. Я ждала, чем это все закончится, пытаясь разобраться, не разыгрывает ли меня Леопольд Вольдемарович. Наконец он поднял голову: — Что мне нужно сделать, чтобы вы поверили мне?