Книга Шедевр под подозрением, страница 60 – Марина Серова

— Хотела бы я знать, где он отыскал это здание, — я вернулась к первому рисунку. — Не знаешь?

— Нет, не припомню такого, — покачала головой девушка. — В Тарасове я сравнительно недавно, может, где-то на окраине…

— На окраинах города таких построек точно нет, — заметила я. — Мне кажется, вообще в нашем городе подобного здания не существует. Максим тебе не рассказывал о своих поездках? Я считаю, что этот рисунок сделан не в Тарасове, а где-то в другом городе. Ну или срисовано с фотографии.

— Ой, Макс точно не рисовал с фоток, — заявила Ленская. — В этом я уверена на все сто процентов. Он терпеть не может перерисовывать с фотографий, я помню, как он говорил, что самое главное — это рисовать с натуры.

— Ну, может, он один раз и изменил своим принципам, — пожала плечами я. — Мало ли… Или на заказ сделал… Хотя почему тогда он не продал рисунок заказчику? Загадка…

Я еще раз посмотрела на рисунок. Нет, на заказ он точно не сделан — как я понимаю, формат слишком маленький, вряд ли кто-то захочет приобрести картинку на тонкой бумаге, набросок больше похож на зарисовку, которую художник сделал для себя.

Ладно, предположим, Рожнев нарисовал дом с натуры во время какой-нибудь поездки, такое тоже может быть. И рисунок с улицей, вероятно, тоже сделан в другом городе, хотя наверняка я уверена не была. В Тарасове много улиц с фонарями, возможно, Максим запечатлел в своем блокноте какое-то место в нашем городе.

Я положила блокнот в пакет для улик, продолжила осмотр комнаты. Но в помещении не оказалось ничего, заслуживающего моего внимания, поэтому вместе с Настей мы переместились на кухню.

Сразу было видно, что еду себе Рожнев не готовил, плитой не пользовался. Открыв холодильник, я увидела контейнеры с готовой едой, которую надо только разогреть в микроволновке, в морозилке лежали полуфабрикаты. Никаких круп на кухне не имелось, овощей и фруктов тоже. Только в кухонном шкафу сиротливо стояла банка черного кофе да упаковка чая в пакетиках, больше ничего на полках мною обнаружено не было. Значит, Максим предпочитает не тратить время на приготовление еды, покупает только то, что можно разогреть в микроволновой печи.

У меня создалось ощущение, что в квартире Рожнев живет недавно — личных вещей практически нет, как студия жилье тоже не используется. Художник мог снимать квартиру для того, чтобы приспособить ее под мастерскую, однако начатых живописных работ в помещениях не имелось, разве что блокноты с зарисовками, и только.

— Да, негусто, — констатировала я, завершив осмотр жилплощади. — То ли твой бывший ухажер предпочитает аскетизм во всем, то ли он и в самом деле живет здесь недавно. Максим ничего не рассказывал о себе?

— Нет, — Настя отрицательно покачала головой. — Макс мог долго и пространно говорить только о живописи, и меня эти разговоры порядком утомляли. Я же не художник, мне это неинтересно.

— А друзья у него были?

— Вроде нет, по крайней мере о них он мне ничего не говорил… Я видела его в компании только с той блондинкой.

Я внимательно посмотрела на Ленскую и поинтересовалась:

— А при каких обстоятельствах вы познакомились с Максимом? Признаюсь, у вас очень странные были отношения. Судя по твоим словам, беседовали вы только о живописи, точнее он говорил, а ты делала вид, что слушала, встречались вы у тебя в квартире… Как-то непонятно получается, ты не считаешь?