Книга Шедевр под подозрением, страница 59 – Марина Серова

— Ну и пусть катится в свою Москву! — фыркнула Настя. — Не будет глаза мозолить. Мне она никогда не нравилась, кукла смазливая…

— Что ж, одной подозреваемой стало меньше, — заключила я. — Ладно, посмотрим, что мы найдем в квартире у Максима Рожнева…

На улицу Пензенскую мы приехали почти в шесть вечера. На дорогу пришлось потратить около двух часов, хотя это расстояние без пробок запросто можно было проехать за каких-то полчаса.

Подойдя ко второму подъезду, я набрала номер квартиры Рожнева. Раздались длинные гудки, дверь никто не открывал.

Настя с тревогой посмотрела на меня, ожидая, что я предприму дальше.

Дверь подъезда открылась, на улицу вышла молодая женщина с маленьким ребенком. Мы прошли в подъезд, поднялись к лифту.

— Если Макса нет дома, как мы попадем в квартиру? — тихо спросила Ленская, пока мы поднимались на шестой этаж.

— Это как раз не проблема, — заметила я, вытаскивая отмычки. — Главное, чтоб соседи не заметили, как мы заходим в чужую квартиру, иначе придется тратить время на ненужные разговоры…

Подойдя к квартире номер сто пять, я нажала на звонок. Дверь так никто и не открыл. Я ловко вскрыла отмычками замок, мы зашли в прихожую. Свет не горел, я сразу поняла, что в квартире никого нет.

— Руками ничего не трогай, — тихо проговорила я. — На обувь надень бахилы…

Я вытащила упаковку бахил, которые всегда носила с собой для таких случаев. На руки я надела перчатки для сбора улик, чтобы не оставить свои отпечатки пальцев.

Рожнев проживал в однокомнатной квартире с минимальным количеством мебели. В единственной комнате стояла узкая кровать, имелись стол и шкаф для одежды. Ни книг, ни ноутбука или компьютера в помещении не было, только в углу комнаты валялись какие-то блокноты, масляные краски и пара холстов.

Я открыла платяной шкаф. Одежды у Рожнева было немного — пара джинсов, три рубашки, белье да один-единственный теплый свитер. Никаких посторонних вещей в шкафу я не обнаружила, хотя все внимательно проверила.

На столе лежали чистые белые листы бумаги, в одном из ящиков стола я увидела договор аренды квартиры. Максим Рожнев снимал жилплощадь, сдавал квартиру некий Степан Иванович Красин.

Я сфотографировала документ, положила его на место. Больше никаких документов в столе я не нашла, отсутствовали и личные документы Рожнева.

Кровать была застелена одеялом, на ней ничего не лежало. Я подошла к свалке художественных принадлежностей. Красками, судя по всему, давно не пользовались, многие из них были засохшими, холсты оказались чистыми. Только в блокнотах были какие-то зарисовки.

Я открыла первый блокнот, в нем увидела довольно неплохой рисунок, на котором было изображено красивое здание с полукруглыми стенами, которые венчали треугольные башни. Интересно, где Максим отыскал такую постройку, что-то не припомню, чтобы я ее видела… На следующем рисунке была изображена улица с фонарями, но по наброску я так и не смогла определить, что за место художник нарисовал. Некоторые зарисовки были незаконченными, некоторые вообще состояли из пары линий, идентифицировать их было невозможно.

Я решила взять блокнот себе и изучить рисунки более внимательно. Настя, которая следила за моими действиями, тихо проговорила:

— Я и не видела этих картин… или как там они зовутся, набросков. Надо Машке показать, она оценит.