Книга Эта проклятая смена, страница 92 – Марина Серова

Яковлева предположила, что Кузнецов отсыпается после рейса и ничего удивительного в этом нет.

В эту ночь я сменила свое привычное местоположение, решила дежурить рядом с административным корпусом, чтобы следить за водителем. Связаться с родственниками Регины я не могла — в базе данных присутствовали сведения о месте проживания людей, но отсутствовали номера их телефонов. У Марины тоже не было номера родственников Регины, да и номер самой напарницы отсутствовал. Звягинцева не посчитала нужным обменяться номерами мобильных — к чему это, если связь ловит через раз, проще найти напарницу, чем звонить ей. Поэтому узнать, действительно ли Ивлиеву доставили домой, пока было невозможно.

Зато я написала Коле Самойлову, вспомнила об этом лишь на ночь глядя. Еда у нас с Мариной закончилась, за весь день мы съели по половине плитки шоколада да по одному прянику. Голод глушили при помощи кофе, его мы выпили немереное количество. Но долго так продолжаться не может — я смогу спокойно обходиться без еды неделю, а то и дольше, по долгу службы я неоднократно бывала в ситуациях, когда приходилось поголодать, но Марине такие эксперименты с собственным организмом давались с трудом. Девушка стала раздражительной и нервной, она злилась на меня, потому что это я во избежание неприятностей приняла решение не есть в столовой. К счастью, Коля пообещал привезти завтра днем продукты, поэтому я была спокойна. Голодная смерть ни мне, ни Марине пока не грозила.

Когда совсем стемнело, я вышла из своего укрытия — все это время сидела в зарослях неподалеку от корпуса и наблюдала. Потом обошла корпус с другой стороны.

По моим расчетам, окно пятнадцатой комнаты находилось с краю — если планировка корпусов похожая, то и комнаты располагаются везде аналогично.

В пятнадцатой комнате горел свет, я разглядела силуэт человека, сидящего за столом. Человек сидел неподвижно, похоже, он чем-то был занят? Но чем? Книгу читал или писал что-то? Нет, поза во время письма от руки другая, значит, мое предположение не верно. Может, он и в самом деле что-то читает? Но почему не переворачивает страницы?

Внезапно человек встал из-за стола, подошел к окну и стал пристально всматриваться куда-то.

Я притаилась. Неужели он меня заметил? Но как? Я же нахожусь в укрытии, да и невозможно что-либо разглядеть в темноте! Или Иван почуял слежку интуитивно?

Несколько минут он простоял возле окна, потом отошел вглубь комнаты. Свет погас — значит, Иван решил ложиться спать.

За корпусом я наблюдала до раннего утра. Было пять часов, когда я увидела, что в пятнадцатой комнате зажегся свет. Спустя минут двадцать свет погас, а вскоре я заметила, как Кузнецов выходит из административного корпуса.

Я двинулась вслед за ним. Иван направлялся к столовой — может, он спешит на завтрак? Возможно, ведь Жанна Михайловна говорила, что завтракают водители рано. Несмотря на законный выходной, Кузнецов решил не изменять своим привычкам, вот и пошел в столовую ни свет ни заря.

Я прикинула, что у меня есть около получаса времени. Пока Иван ест, я решила обыскать его комнату. Конечно, молодой мужчина мог управиться и раньше, однако нельзя упускать возможности — кто знает, когда еще я смогу проникнуть к Кузнецову в номер?

Я побежала к административному корпусу. Все комнаты были закрыты изнутри, дежурной на месте еще не было. Наверно, не спали только повара — по записям я узнала, что за ключ Жанна Михайловна и Оля расписывались после завтрака, значит, они закрывали рано утром дверь и потом делали пометки в журнале.