Книга Спрятаться не поможет, страница 85 – Марина Серова

Петровой Елене было сорок три года. Судя по возрасту и фотографии в паспорте, которая присутствовала в базе данных, сегодня она подавала нам еду. Женщина окончила девять классов средней школы в Марксе, после училась в Педагогическом институте, но не окончила его – вышла замуж, родила дочь. Рано овдовела – муж умер от инфаркта, дочери Елены Людмиле сейчас двадцать один год, и она учится на коммерческом отделении факультета иностранных языков. Судя по всему, Елена устроилась официанткой в лагерь, потому что здесь хорошо платят – лагерь считается элитным, и зарплата у сотрудников довольно высокая. Людмила нигде официально не работает, следовательно, Елене приходится очень много работать, чтобы обеспечивать дочь. К уголовной ответственности никто из семьи Петровых не привлекался.

Вторая официантка, которую я сегодня не видела, была моложе напарницы. Ирине Салтыковой было двадцать три года, после школы она пошла учиться в кулинарное училище, сразу после диплома устроилась в лагерь на должность младшего повара. Девушка замужем не была, проживала в Марксе с матерью, а на лето уезжала работать в лагерь. Перед законом Ирина абсолютно чиста – никаких сведений о судимости молодой женщины в базе данных не было.

Вчерашние официантки – Наталия Шибанова и Марина Коржикова – были ровесницами. Обеим по тридцать пять лет, и учились они в одной школе. Я внимательно посмотрела на фотографии женщин. У Наталии Шибановой было полное, простоватое лицо и темные волосы, зачесанные назад. Марина Коржикова была намного худее, внешность ее красивой назвать было сложно. Может, конечно, все дело в фотографии – редко кто получается хорошо на паспортном снимке, – но черты лица Марины показались мне грубыми, глаза слишком близко посажены, а губы тонкие, строго поджатые. Я узнала в ней вчерашнюю хмурую официантку. И Наталия, и Марина окончили кулинарное училище, как я поняла, они вместе поступили в учебное заведение. Возможно, женщины в школе дружили – по крайней мере, интересы у них совпадали. Вместе они и устроились работать в летний лагерь, трудятся здесь уже три года. До этого женщины работали в кафе города Маркса. Судимостей ни у одной из них не было.

Я дочитала сводку из базы данных и задумалась. Из того, что я узнала, ничего не вызвало у меня подозрений. Обычные женщины, которые погрязли в каждодневной рутине – работа, семья, работа. Ну кому из них было нужно вредить Кире? Жили ведь они не в Тарасове, а в Марксе, вряд ли кто-то из них ездил в наш город специально для того, чтоб найти бомжа и подговорить его напасть на мою клиентку. У всех пяти кухонных работниц не было ни мотива, ни очевидной возможности вредить Кире. Преступник или преступница, по всей видимости, живет в Тарасове и хорошо знает Киру. Ему или ей известно не только, где проживает и учится девушка, но и то, в какой магазин она ходит за покупками, как проводит свободное время, какой у Киры характер и увлечения. То есть вывод один: кого-то из поваров подговорили выдать девушке отравленную плитку. Скорее всего, злоумышленник заранее впрыснул в шоколад яд и попросил официантку выдать девушке отравленный паек. Сама повар могла и не знать о том, что плитка отравлена, и без зазрений совести выполнила просьбу преступника.