Книга Помощница палача, страница 37 – Марина Серова

— Нет. Но полагаю, вы пригласили меня затем, чтобы просветить.

— Зря ты иронизируешь, Женя. В той ситуации твое поведение было объяснимым и можно сказать, приемлемым. Будем считать, что это был порыв такой. Защитить человека, который явно находится в беде. И возможно, потом Алина жаловалась тебе, говорила, что ее обижают здесь. А даже если не жаловалась, возможно, ты сама замечала синяки и ушибы. Но девушек тоже нужно понять. Алина только выглядит нежной, беспомощной девочкой, которая нуждается в защите и опеке. А на самом деле она настоящий монстр! Она принимала участие в жутких преступлениях! Которые ужаснули многих бывалых заключенных. Они с сообщниками похищали подростков, в основном молоденьких девушек. Мужчины насиловали бедняжек, а Полякова снимала издевательства на камеру! И не только не пыталась никому помочь, наоборот, поощряла, провоцировала сообщников на новые и новые извращения! Ты представить себе не можешь, какие ужасы они творили! А потом эти мерзкие записи они продавали в интернете и даже присылали родственникам жертв!

— Откуда вы знаете столько подробностей? – пробормотала я.

— Сестра моей невестки свалилась с сердечным приступом после того, как посмотрела присланную пленку. А ее муж через некоторое время, когда стало ясно, что их ребенка замучили до смерти или убили после того, как сломанная игрушка надоела, покончил с собой. Понимаешь?! Взрослый мужик не вынес боли и отчаяния, что на него свалились! И предпочел убить себя!

— Понимаю, это ужасно, – сказала я после небольшой паузы, – но Алина ведь не дочь олигархов, способных нанять самых ушлых, дорогих адвокатов или подкупить судей?

— Вроде нет, она сирота, воспитывалась бабушкой. Достаток средний или даже ниже, полагаю. А к чему ты клонишь?

— Думаю, следователи доказали вину Алины, а суд вынес приговор. И теперь она здесь, как, впрочем, и все мы. И кто мы такие, чтобы судить ее или приговаривать к чему-либо еще? Или вы полагаете, что они чего-то не доказали и она заслуживает гораздо более плохой участи?

— Ты плохо знаешь эту систему, поэтому рассуждаешь как наивный человек.

— Погоди! На самом деле, Женя, все гораздо сложнее. Она девушка, причем молодая, и могла попасть под чужое влияние или ее могли заставить и так далее. Вот так рассуждает обычно наш суд! Потом доказательств, возможно, было не так уж и много. И она соучастница, сама никого не убивала и, разумеется, не насиловала. А на самом деле таких тварей нужно истреблять без сожаления! И мы или кто-то вроде нас до нее доберется во что бы то ни стало.

— Но сейчас я стою у вас на пути.

— А сейчас ты стоишь у нас на пути! Именно так, Женя! И если первый инцидент можно было расценить как недоразумение или недопонимание, то теперь тебе все довольно доступно объяснили!

— И чего же вы хотите от меня? После объяснений? – Собственно, все было и так понятно, просто мне требовалось расставить все акценты.

— Ты мне нравишься, Женя, правда нравишься. Иначе этого разговора, возможно, и не было бы вовсе. И я прошу тебя, пока просто прошу, Женя, отступись! Ты пошла по нормальной статье и ничем себя не запятнала. Но, помогая девушке с такой репутацией, сильно рискуешь. Рискуешь стать в один с ней ряд, понимаешь? И поставить себя под удар!