Книга Разделяй и властвуй, страница 92 – Марина Серова

Бекешин собственноручно открыл сейф и выдвинул на себя стальной прямоугольный ящичек. Я заглянула клиенту через плечо. На дне ящика оказался одинокий бумажный пакет, перетянутый обычной бечевкой. И больше ничего. Перед нами и были сокровища покойного Дрозда, вокруг которых еще пять лет назад завертелась вся эта кутерьма. Пакет же скромно дожидался, когда за ним придут законные владельцы. Не знаю уж, являлись ли мы с Андреем таковыми, но забрать бумаги нам точно стоило. Крокус на мгновение заколебался.

— Хочешь, чтобы я его взяла?

— Нет, — Андрей мотнул головой. — Я сам.

Пальцы ухватили бумажный пакет, а стальной ящик вернулся в исходное положение. Бекешин закрыл сейф.

— Пойдем.

Мы покинули здание банка и благополучно достигли внедорожника. Разместившись на заднем сиденье рядом с Андреем, я с облегчением перевела дух. Граф и Пастор развернулись к нам одновременно.

— Ну? — Олег нервно сглотнул.

— Порядок, — Крокус помахал в воздухе конвертом. — Записки фээсбэшника у нас.

— Дай сюда.

Граф протянул руку, и Андрей послушно передал добытую реликвию своему единокровному брату. Устинов перерезал бечевку, стремительно разорвал внешнюю бумажную упаковку, и ему на колени посыпались несколько исписанных от руки листов бумаги. Граф собрал их и, отключившись от реальных событий, углубился в чтение.

— Да, — протянул он уже через пару минут. — Это действительно настоящая бомба для Фартового. Неудивительно, что он так стремился завладеть пакетом.

— Что там? — полюбопытствовала я, но Олег совершенно бестактно проигнорировал мой вопрос. Он уже развернулся лицом к Виталию Александровичу:

— Созываем новый сходняк, Пастор. И немедленно.

— А мы приглашены? — не унималась я.

— Естественно. — Граф завел мотор и порывисто сорвал джип с места. — И на этот раз без всякой маскировки.

Монькин уже извлек из нагрудного кармана рубашки мобильник, и его толстый палец неуклюже заплясал на кнопочной панели. Пастор еще не имел ни малейшего представления, что такого важного вычитал его друг в записках Дрозда, но выражение депутатского лица нам всем давало понять, что дело запахло нешуточной стихией в стане московского синдиката.

— Алло, Шейх. — Виталий Александрович с трудом пристроил крошечную трубочку у себя возле уха. — Это Пастор.

На этот раз московские авторитеты собрались в фешенебельном ресторане «Львиное сердце». К моменту прибытия нашей бравой четверки все остальные уже были в сборе. Помимо знакомых мне лиц, здесь была еще парочка вновь прибывших из столицы воров в законе, но отсутствовал Анатолий Бурашников. На сей раз Кушака не сочли нужным приглашать на высокое собрание, ибо теперь не рассматривалось ни одного вопроса, так или иначе связанного с его персоной. Зато, как и на прошлом сходе, по левую от Шейха руку располагался Фартовый. Он неспешно потягивал минеральную воду из высокого бокала и с явным интересом поглядывал на расставленные по всему периметру стола яства.

Заметив нас с Крокусом в дверном проеме, Фартовый чуть не поперхнулся своей минералкой. Глаза его удивленно полезли из орбит, и я заметила, как в них метнулся животный страх. По расчетам авторитета, мы с Андреем в эту минуту должны были передавать бумаги в руки Бультерьера, после чего наверняка нам грозило физическое устранение. Фартовый ожидал телефонного звонка от подручных и на сто процентов был уверен в благоприятном для него исходе дела. А тут вдруг такой непредвиденный казус.