Книга Рога изобилия, страница 36 – Марина Серова

— Ну и замечательно, — порадовалась я вместе с Андреем. — Теперь куда?

— Теперь к маме, — улыбнулся Григорьев. — Посмотришь, какая она у меня замечательная.

У больницы нас ожидал Кирилл. Он сидел в машине с таким задумчивым и романтичным видом, что я не сомневалась в любовной направленности его размышлений.

— К Софье Степановне? — очнувшись, спросил Кирилл.

— Да.

Мы сели в машину и поехали в гости к маме Григорьева.

Все-таки Андрей молодец. Редко сейчас встретишь, чтобы взрослый человек так трепетно относился к своим родителям. А по Григорьеву сразу видно, как сильно он любит свою мать. Хотя и нельзя сказать, что маменькин сынок. Значит, мама его — женщина хорошая. Такой вывод сделала я, прикинув, что у моего клиента полным-полно забот, а он все равно не забывает свой сыновний долг.

Мама Григорьева жила на окраине города, в новом районе, который в перспективе должен был вскоре стать очень обустроенным и красивым. Сейчас же здесь были только жилые дома, новостройки и одновременно строились детские сады, магазины, поликлиника, а также все прочее, необходимое людям для жизни.

— Я себе дом купил за городом потому, что там экологическая обстановка не сравнима с городской, — развлекал меня разговором Григорьев, пока мы ехали. — На машине добираться несложно, зато какой там воздух, какая природа! Да и лошадей в городе не разведешь. А они — моя слабость. Может, как-нибудь еще на ипподром сходим?

— Только после того, как все это закончится, — сказала я. — Раньше даже и не мечтай.

— Раньше и не получится. Ну вот, подъезжаем уже.

Кирилл остановил машину около девятиэтажного дома, как две капли воды похожего на остальные новостройки в округе. Мне невольно вспомнился фильм «Ирония судьбы». Не мудрено потеряться среди этих домов-близнецов, но, видно, век наш такой. Почти все, что нас окружает, одинаковое, стандартное.

Мама Андрея жила на шестом этаже. Дверь открылась почти сразу, и на пороге возникла высокая женщина с красиво уложенной короткой стрижкой и с сигаретой в тонких пальцах. Вид у нее был очень представительный и немного претенциозный.

— Андрюша, — раскрыла свои объятия Софья Степановна, — наконец-то ты приехал меня навестить. Проходите же, — обратилась она к нам с Кириллом. — Сейчас будем пить кофе.

— А поесть у тебя не найдется? — без тени надежды спросил Андрей.

— Бутерброды только. Сам знаешь, готовить я не люблю, так что ничего горячего нет.

Григорьев послал Кирилла за пельменями, а мы прошли в квартиру. Она была обставлена с необычайной роскошью. Можно даже сказать — с роскошью показной. Я решила, что она оказалась возможна только благодаря деньгам сына. Откуда обычной женщине, которая, кажется, даже не работает, найти средства на такое великолепие?

Мы прошли в гостиную и сели на мягкий диван. Софья Степановна не сводила с меня глаз. Она видела, какие взгляды бросал на меня Андрей, и материнским чутьем понимала, что все это неспроста. И, конечно же, как любая мать чувствовала некоторую ревность ко мне. Наверное, именно поэтому она и завела следующий разговор.

— У меня Наташа недавно была, — сказала она, как только мы все уселись и замолчали. — Про тебя спрашивала.

— Давно ее не видел, — без тени смущения передо мной ответил Андрей.

Это должно было означать, что к неведомой мне Наташе он не испытывает никаких особых чувств. Иначе бы хоть глаза опустил. Как видно, Наташа — это дела давно минувших дней. По крайней мере Григорьев пытался убедить меня в этом.