Книга Месть в смирительной рубашке, страница 97 – Марина Серова

— Вы мне яд в еду подмешивали, да? В больнице? – перебила я Стасю.

Та довольно кивнула:

— Да, естественно. И не только тебе. Это один из препаратов, он вызывает помутнение сознания и галлюцинации. Его дают некоторым пациентам, да, забыла, это лекарство изменяет еще и вкус.

— Вот почему я чувствовала тягу к сладкому… – пробормотала я, собирая в уме все части головоломки. – И Лизе, пациентке, его тоже подмешивают… А еще была Надя Алексеева, ее ведь тоже на тот свет отправили, да? Она не сама покончила жизнь самоубийством, ей помогли?

— Надя Алексеева? – переспросила Стася. – Это еще кто?

— Так, одна была. – Я услышала мужской голос.

К моей кровати подошел Ремизов. На его красивом лице была самая жизнерадостная улыбка, которую только можно было представить, в глазах плескалось нетерпение и сумасшедший азарт. Фанатичный азарт.

— Наденька – это санитарка, она работала в больнице несколько лет назад, – пояснил Кирилл. – Девочка втрескалась в меня по уши, а я лечил ее отца от алкоголизма. И проводил над ним опыты, выяснял, насколько действенен мой препарат. Сперва я не обращал внимания на Наденьку, а потом решил, что она может послужить науке. Увы, она не выдержала лечения – покончила жизнь самоубийством.

— Иван Глебович, отец Нади, все про вас знает! – заявила я.

Кирилл рассмеялся.

— Ах да, я ведь Доктор Зло, так, что ли? Да кто поверит выжившему из ума старику, который свихнулся после смерти дочери, да еще и заливает горе алкоголем? Дорогая моя, Ивана Глебовича держат тут из жалости, да и мне он совершенно не нужен. У него весь организм отравлен алкоголем, а для испытаний второсортный материал не подходит. Вот ты, милая, самый лучший экспонат в моей коллекции. Стася умница, постаралась на славу, такую пациентку раздобыла… Ну что, лапочка, готова? Стася, пойдем за оборудованием, пора начинать! Она никуда не сбежит, не беспокойся…

— Тетя Мила! – позвала я, когда Стася с Кириллом вышли из комнаты.

Я не видела, где находится моя тетушка, и та не подавала никаких признаков жизни. Неужели ее уже не спасти? Сколько времени продолжаются эти жуткие опыты? Несколько дней, но тетя не обладает таким железным здоровьем, как я, вдруг в ее мозгу уже произошли необратимые изменения? Даже если нам с ней удастся спастись, где гарантия, что тетя Мила восстановится после этого кошмара?..

Но пока мы с ней лежим на кроватях – я связана, а она без сознания. Ситуация плачевная, помощи ждать не от кого. Я не сказала Петрушеву о том, что в больнице есть заброшенный корпус, да и не знала я о нем! Похоже, сейчас мы находимся именно в здании, пострадавшем от пожара, а секретная лаборатория Ремизова располагается в подвале. У меня нет ни оружия, ни телефона – наверняка мобильный у меня отняли, пока я валялась в отключке.

Я нащупала рукой веревки, связывающие мои запястья. Простой узел я бы развязала быстро, но, видимо, связывала меня Стася, а она прекрасно знала, как связать человека так, чтобы он точно не освободился.

Романова – превосходный боец, у нас с ней равные силы. Хотя уже нет – я ранена, на меня еще действует снотворное, к тому же я связана. А Стася абсолютно свободна, и у нее есть сообщник – фанатичный психиатр-маньяк, который ни перед чем не остановится. Рядом со мной лежит тетя Мила, которой срочно требуется помощь. Расклад печальный, расстановка сил явно не в мою пользу…