Книга О чем молчит диктофон, страница 64 – Марина Серова

— Что случилось, она жива?! – задала я первый вопрос, волновавший меня сейчас больше всего.

— Жива-жива! – поспешила успокоить меня женщина. – Ее ударили, она упала…

— А «Скорую» вызвали?! – Я опять закричала в трубку.

— Да отказывается она от «Скорой»! Я уж предлагала, она ни в какую, – сообщила Алевтина Семеновна, и тревога слегка меня отпустила. Значит, тетя в сознании и вполне сносно себя чувствует, раз еще и бунтует. Как это похоже на мою неугомонную тетушку!

— Алевтина Семеновна, побудьте, пожалуйста, немного с ней. Я сейчас выезжаю, – попросила я.

— Побуду-побуду, Женечка, не волнуйся, – заверила меня соседка. Искренне поблагодарив Алевтину Семеновну, я обернулась к Виктории, уже успевшей погрузиться в чтение очередного глянцевого журнала.

— Вика, я должна срочно уехать, – сообщила я моей клиентке. – Пообещай, что до приезда Кирилла никуда не будешь отлучаться из особняка.

— Да я и не собираюсь, – лениво отозвалась клиентка. – Да и куда я такая пойду. Полежу в ванной, телик посмотрю, в соцсетях давно не зависала.

Судя по всему, культурно-развлекательная программа у нее была уже намечена, остается верить, что она не станет от нее отклоняться.

— Может, Вячеславу позвонить? – предложила я на всякий случай.

— Да ну его! – Виктория неприязненно отмахнулась. – Зачем он тут нужен, все будет нормально, не парься.

Я помчалась в Тарасов, изо всех сил стараясь не нарушать скоростной режим. Вместо этого я пользовалась любой возможностью, чтобы сократить путь и не попасть в типичные для Тарасова пробки. Припарковав «Фольксваген» у подъезда, я стремглав бросилась вверх по лестнице, умудряясь перескакивать чуть ли не через целые пролеты.

Дверь оказалась открытой, и я влетела в комнату, служившую нам гостиной.

Тетя Мила полулежала на диване, прижимая к голове влажное полотенце. Но в остальном она выглядела как всегда. Подле нее на краешке дивана сидела пожилая женщина с коротко стриженными седыми волосами. Я испытала легкий стыд, узнав в ней «женщину из нашего подъезда», с которой мимолетно здоровалась, но ни разу не удосужилась переброситься хотя бы парой фраз и даже не знала, как ее зовут. А вот она отлично знала, что я Женя, племянница ее соседки.

— Тетя Мила, ты в порядке? – Я озабоченно присела перед тетей на корточки. – Тебя по голове ударили, сильно болит?

— Что ты выдумала, никто меня не ударял! – Тетушка, похоже, возмутилась. – Этот бугай меня толкнул, я упала. А Аля помогла мне подняться и до дивана довела. Хотела врача вызвать, я не дала, велела тебе звонить.

— Я как раз с почты возвращалась, – продолжила повествование Алевтина Семеновна, – смотрю, дверь приоткрыта. Что, думаю, такое. Приоткрыла, а Мила прямо в коридоре лежит. Ну, я хлопотать.

— Спасибо вам, Алевтина Семеновна! – с чувством проговорила я. Я и правда была бесконечно благодарна соседке за ее заботу о тете.

— Что ты, Женечка! – Соседка замахала на меня руками. – Чай, не чужие…

Я вновь испытала мимолетный стыд. Постепенно мне удалось восстановить картину происшествия. Тетя Мила рассказала, что когда она открывала входную дверь, возвращаясь из магазина, кто-то внезапно с силой втолкнул ее в квартиру и повалил на пол. Тетя Мила, по ее собственным словам, решила, что ей уж конец пришел, но нападавший, вместо того чтобы добить свою жертву, вихрем промчался в квартиру, а затем так же стремительно пробежал мимо лежавшей на полу тети Милы и выскочил из квартиры. Несмотря на свое полуобморочное состояние, тетушка все же успела заметить, что нападавший – здоровенный бугай и что, хотя на голове у него был капюшон, волосы у него темные и немного курчавые.