Книга Карьера требует жертв, страница 38 – Марина Серова

Будто бы читая мои мысли, слово берет Кристина, которая все это время попивает газировку:

— И каков наш следующий шаг?

— Вопрос хороший. Согласна с тобой, что к Глебу ехать не стоит, потому что там твой папаша – самая загадочная фигура во всей истории. Василевский услышал, как тот разговаривает с кем-то по телефону, там звучала фраза о том, что Глеб ничего не подозревает, продолжаем действовать. Прусс отмазался, но я ему не верю.

— За время общения с Василевским-старшим он только раз упомянул моего отца – когда предупредил, что он охраняет его сына. Сан Саныч не знает, что я – дочь его бывшего телохранителя. Сам отец никогда не рассказывал мне, на кого работает. Знаю только, что жил он не дома, а на работе. Мы с мамой практически его не видели, а на всяких фотографиях со светских раутов, где присутствовали Александр Василевский, а потом и его сын, их охрана старалась не светиться. Моему бате удавалось оставаться в тени, будучи на виду. Полезное умение. Надо будет усовершенствовать этот навык.

— Да, мне тоже. Я думаю, лучше оставить все как есть. Ты отправишься к Сан Санычу и будешь продолжать делать все, что он скажет, но на этот раз будешь сообщать нам. Мы же скажем Глебу и Пруссу, что долгое время следили за тобой, но ничего не смогли нарыть.

— Мы не скажем Глебу правду? – удивленно спросил Олег.

— В чем Прусс и был прав, так это в том, что наш наниматель импульсивен. Кристина, у твоего отца был человек в стане Прохоровой, но он вынужден был раскрыть себя, чтобы меня не убили. Василий Михайлович скрывал наличие своего человека среди людей главного конкурента его босса. Он объяснил это тем, что Глеб неосмотрительно мог выдать двойного агента на одном из мероприятий.

— Узнаю отца – говорит мало, просто делает.

— Да, в действенности методов Пруссу не откажешь, но твой «Вольво» он так и не нашел. Как бы то ни было, мы, принимая в расчет импульсивность Глеба и то, что сейчас он весь на нервах, не станем раскрывать ему личность Арины Вишневской. Он может проговориться Пруссу, а нам не нужно, чтобы дядя Вася сейчас узнал, что его дочь работает на его прошлого работодателя, который инсценировал свою смерть.

— Это какой-то дурдом, – добавил Олег.

— Я согласна, но имеем, что имеем. Крис, ты поедешь к Василевскому в восемь утра и примешь все его указания. Будем надеяться, это снова будет слежка. Потом сообщишь нам. Мы же вернемся к нанимателю с пустыми руками. В очередной раз разочарую его, но не беда, вряд ли он меня уволит – Глеб разбит и никому не доверяет. Утром под предлогом продолжения слежки за Ариной мы с Олегом поедем к Кириллу – тому самому человеку, которого Прусс попросил внедриться в охрану Прохоровой. Он залег на дно, но есть шанс, что сейчас он находится в убежище, в которое привозил меня. Что ж, время позднее, так что в дорогу.

У калитки я попросила Олега идти к машине, а сама задержалась, чтобы перекинуться еще парой слов с Кристиной.

— Ты прости меня еще раз, ладно? Я никогда не была идеальной, и твоя история это подтверждает.

— Ты права, никогда, – Кристина наконец улыбнулась.

Уверена, она нас не предаст.

Когда я уже вышла за калитку, она слегка окликнула меня и добавила:

— Если бы не трюк со вспышкой, я бы тебя одолела.

Я ничего не ответила, а только улыбнулась. На этот раз за руль «Нивы» молча сел Олег – он будто бы понял, что мне нужно подумать, поэтому управление машиной будет меня отвлекать.