Книга Старая любовь - новые неприятности, страница 70 – Марина Серова

— Анатолий Степанович, а вы не припомните, как звали пассию Белорецкого? — спросила я, не особенно надеясь на успех, Викентьев вполне мог этого и не знать. — Он ведь вас познакомил, если я правильно поняла?

Викентьев едва заметно нахмурился.

— Да не то чтобы познакомил… Просто мы зашли к нему с Владиславом, ныне покойным… Эх… — Тут Викентьев окончательно сник и замолчал.

Я, опасаясь, что он передумает откровенничать, решила попросту переждать этот приступ ипохондрии.

— Да, ну так вот, — внезапно ожил Викентьев, к моему немалому облегчению, — зашли мы к нему на участок по случаю приезда, хотели обсудить планы на вечер, в баньке попариться, собраться мужской компанией. Ан нет — сидит наш ловелас на скамейке с незнакомой барышней, симпатичной такой. Она первая нас заметила, сразу выпрямилась, словно напряглась, и смотрит настороженно. Кто, мол, такие? А Тема встал нам навстречу, расплылся в улыбке, поздоровался за руку. Мне только мельком показалось, что не до нас ему. Но вида он не подал.

Викентьев вдруг прервал свои объяснения, словно что-то вспомнив.

— Да, у меня же их фотография есть! — Почему-то это воспоминание его обрадовало. Меня, кстати, тоже. — Сам не знаю, зачем предложил их сфотографировать. Погода стояла ясная, пышная зелень вокруг, и тут такая красивая пара посреди этого великолепия. А они и не возражали. Ну а фото так и осталось у меня в телефоне, хотя уже года два прошло. Или больше? В общем, это было еще до его женитьбы. При Вете он уже никого туда не возил. Да и вряд ли ей изменял.

Все это я слушала уже вполуха, мне не терпелось взглянуть на фотографию. А Викентьев уже вовсю перелистывал экран на своем смартфоне.

— Ага, вот! — торжествующе возвестил он, видимо найдя нужное изображение. — Вот они, взгляните.

Викентьев положил передо мной смартфон, и я, взглянув на изображение, буквально приросла к месту. Мой собеседник продолжал нахваливать пейзаж и необыкновенный ярко-синий цвет неба, но я видела перед собой лишь сдержанно улыбающуюся женщину.

— Вот такие виды и надо выбирать для фотосессий, — самодовольно заявил Викентьев. — Никакие панорамы не заменят.

Я попыталась сумбурно выразить свое восхищение, хотя все мое внимание поглощал вовсе не пейзаж. Видимо, я все же умудрилась сказать именно то, чего ждал от меня мой собеседник, поскольку он кивнул с удовлетворенным видом.

— Анатолий Степанович, — спросила я, когда обмен мнениями наконец завершился, — вы уверены, что несколько раз видели именно эту женщину в обществе Белорецкого?

— Конечно, уверен, — без колебаний заявил Викентьев. — Может, были и другие, с Темы станется. Прошу прощения, все никак не привыкну… Но ведь и Владислав ее видел. И Эдик Солодилов. Он мне, помню, сказал, когда с женой Темы это случилось. Ну, вы знаете…

— И что же? — спросила я, стараясь не выдать своего нетерпения.

— Эдик почему-то решил, что Артемий в тот день поехал к ней. — С этими словами Викентьев кивком указал на экран. — Мол, Тема так и сказал ему: «Надо бы навестить старую знакомую».

Я невольно вспомнила реплику Солодилова во время нашей с ним беседы. Он в тот раз тоже сказал, что Белорецкий в день трагической гибели жены был не один.

— Анатолий Степанович, не могли бы вы переслать мне эту фотографию? — попросила я, не зная, как Викентьев отнесется к моей просьбе. Вдруг заявит, что это эксклюзив.